Когда Габриель, наконец, вылетел из гнезда, то быстро обнаружил, что, как наследник герцога Кингстона, стал мишенью для многих.
Выставив пять белых шаров в центре поля, Габриель приготовился нанести удар красным битком в противоположный угол. Методично, по очереди он положил все белые шары точно в одну лузу. Ему всегда нравился бильярд с его выбором угла для удара, с неповторяющимся рисунком расположения шаров.
Определенно игра помогала приводить мозги в порядок, когда требовалась ясность мысли.
Сделав последний удар, Габриель почувствовал, что кто-то стоит в дверях. Не распрямляясь, он поднял глаза и встретил ясный и энергичный взгляд. Усмешка появилась на его губах.
— Я все думал, сколько времени тебе понадобится, чтобы узнать обо всем.
Обманчиво равнодушный герцог Кингстон вошел в комнату. Себастьян всегда был в курсе светской жизни Лондона, даже когда месяцами не покидал Суссекса.
— Пока мне поведали три разные версии этой истории.
— Выбери самую плохую, и я ее подтвержу, — сухо предложил Габриель, откладывая в сторону кий. Для него было большим облегчением видеть отца, который всегда являлся неиссякаемым источником уверенности и душевного комфорта. Обменявшись решительными рукопожатиями, отец и сын коротко обнялись. Такое проявление чувств было несвойственно знати, однако кто сказал, что они обычная семья?
После добродушного похлопывания по спине Себастьян отстранился и окинул сына взглядом, полным внимания и заботы, что оживило в Габриеле давние воспоминания.
От отца не ускользнул его усталый вид. Легким движением он взъерошил волосы Габриеля, словно тот был еще мальчишкой.
— Похоже, спать сегодня ты не ложился."
"— Большую часть ночи прокутил с друзьями, — признался сын. — Все закончилось, когда мы упились настолько, что не могли понять, где верх, где низ.
Усмехнувшись, Себастьян снял плащ и бросил на стул.
— Мы так прощаемся с холостяцкими денечками, верно?
— Точнее сказать — барахтаемся, чтобы выплыть, как тонущая крыса.
— Что одно и то же. — Физически активная жизнь в городке Хероне-Пойнт, где находилось семейное поместье, позволила ему сохраниться и выглядеть раза в два моложе своего возраста. От постоянного пребывания на солнце его волосы покрылись позолотой, а лицо загаром. На этом фоне светло-голубые глаза сияли с потрясающей силой.
