— Как сказал мистер Рэнсом, — обратилась Пандора к мужу, — я буду в большей безопасности, когда этого предателя схватят. Кстати, мистер Рэнсом пообещал дать тебе пять минут, чтобы побыть с негодяем наедине, хотя, видит бог, не понимаю, о чем можно беседовать с таким кошмарным человеком.
— Мы не будем беседовать, — коротко ответил Габриель.
Они пересекли мощенный песчаником внутренний двор и подошли к массивной арке, которая украшала вход в ратушу — величественное каменное здание, построенное еще в XV веке.
Несмотря на последние реконструкции, в нем присутствовал дух готики и сохранились архитектурные детали того времени, хотя все здание целиком являло собой причудливую смесь стилей и декоративных элементов. Ратуша использовалась для организации всех видов общественных мероприятий, включая банкеты, ежегодные собрания, созываемые лорд-мэром, а также балы и приемы в честь королевских особ.
Во внутреннем дворике скопилась огромная толпа, сверкающий людской поток втекал внутрь через южный портик.
С изумлением Пандора рассматривала собравшихся.
— Здесь, должно быть, тысячи две гостей.
— Ближе к трем, — уточнил Габриель. — Если попадешь в давку… Если кто-нибудь врежется в тебя…
Она вцепилась в его руку:
— Я все время буду держаться за тебя.
В следующую минуту они увидели направлявшегося к ним Этана Рэнсома, стройного и элегантного, в вечернем костюме. Пандора пристально всмотрелась в него: он кого-то ей напомнил манерой двигаться, формой черепа…
— Как странно, — пробормотала она.
— Что именно? — поинтересовался Габриель.
— Вот только что у меня возникло ощущение, которое я уже переживала… Как будто повторяется то, что со мной уже происходило. — Она поморщилась. — Доктор Гибсон предупреждала, что такое возможно в течение нескольких недель после анестезии.
Рэнсом подошел и поклонился Пандоре:
— Добрый вечер. Вы просто прелестны, миледи.
Она улыбнулась и кивнула ему:
— Мистер Рэнсом.
Когда они двинулись ко входу, Габриель спросил детектива:
— Для такой толпы, может, стоило бы задействовать больше полицейских? Я пока увидел двоих.
— Наверное, — язвительно усмехнулся Рэнсом. — Впечатляющее отсутствие полицейских, так ведь? — Оглядев кавалеристов Колдстримского полка и офицеров почетного караула, он заметил: — Никакого настоящего оружия. Но, слава богу, огромное количество аксельбантов, эполет, медалей и блестящих нагрудных знаков. Если анархисты нападут, мы ослепим их сиянием наших сверкающих побрякушек.
