Когда поток слез стал иссякать и она смогла поднять глаза, то увидела, что он пристально разглядывает ее.
— Ты плакала, потому что хочешь выйти за меня, — сказал Габриель. — Я прав?
— Нет. — У нее вырвался последний всхлип. — Я плачу, потому что не хочу не выходить за тебя замуж.
Габриель резко выдохнул, наклонился к ней и стал целовать грубо, требовательно, жадно, содрогаясь всем телом.
Прервав поцелуй, Пандора отстранилась, обхватила лицо Габриеля ладонями и горестно посмотрела на него.
— Какая разумная леди захочет выйти замуж за человека с такой внешностью?
Он снова завладел ее губами, пламенно, по-хозяйски.
Пандора закрыла глаза, отдаваясь темному, полуобморочному наслаждению.
Наконец Габриель поднял голову и хрипло спросил:
— Что не так с моей внешностью?
— Разве не ясно? Ты слишком красив. Другие женщины будут флиртовать, пытаться привлечь твое внимание и бегать за тобой постоянно.
— Они и так это делают. — Он поцеловал ей щеки, подбородок, шею. — Я их даже не замечаю.
Пандора увернулась:
— Зато я буду замечать и ненавидеть их.
И это будет медленной пыткой — смотреть на идеального красавца день за днем. Ты мог бы по крайней мере попытаться растолстеть, или отрастить волосы в ушах, или лишиться переднего зуба. Нет, даже с этими изъянами ты все равно останешься красивым.
— Могу обзавестись залысинами, — предложил он.
Пандора обдумала предложение, убирая густые золотистые волосы, упавшие ему на лоб.
— У тебя в роду были лысые?
— Нет, насколько мне известно, — признался Габриель.
Пандора нахмурилась:
— Тогда не дари мне напрасную надежду. Просто признай: твоя красота вечна, и мне придется мириться с этим.
Габриель крепче сжал объятия, пока она пыталась вырваться.
— Пандора… — шепнул он. — Пандора…
Если бы только она могла избавиться от этого жестоко-чудесного чувства, которое затопило ее. Горячее. Ледяное. Счастливое. Полное страха. Пандора не могла найти смысла в происходящем. А Габриель ласково бормотал ей на ухо прекрасные слова:
— Ты такая красивая… Такая соблазнительная… Я не прошу тебя сдаться мне, предлагаю свою капитуляцию.
Я сделаю для тебя все. Только ты, Пандора… Только ты до конца моей жизни. Выходи за меня… Скажи, что согласна.
Его губы прижимались к ее губам, руки гладили тело. Он расставил пальцы, словно хотел обхватить ее всю. Тяжелые мышцы его тела напрягались и расслаблялись, когда он пытался еще крепче прижать ее к себе. Затем, целуя ее шею, он замер, будто только сейчас понял тщетность слов.
