Женитьба на мне стоит того?
— Это некорректное сравнение, — насупился он."
"— Только потому, что в одном случае женщина отдает все, а в другом — мужчина.
Его глаза опасно сверкнули.
— Значит, тут нечего добиваться? Перспектива жить со мной в качестве жены совсем не привлекательна? — Взяв за руки, он притянул ее к себе. — Скажи, что не хочешь меня. Скажи, что больше не желаешь того, чем мы занимались ночью.
Пандора стала пунцовой, пульс взбунтовался. Ей хотелось утонуть в этом мужчине, притянуть к себе его голову, чтобы он зацеловал ее до беспамятства.
Однако упрямая, мятежная часть ее натуры отказывалась повиноваться.
— Я что, должна подчиняться тебе? — услышала она свой вопрос, будто со стороны.
Его ресницы опустились, одна рука легла ей на затылок.
— Только в постели, — тихо пророкотал он. — За ее пределами… нет.
Пандора прерывисто вздохнула, испытывая странный, болезненный прилив жара во всем теле.
— Значит, ты обещаешь, что никогда не станешь мешать мне принимать собственные решения, даже если они покажутся тебе ошибочными? И если в один прекрасный день тебе вдруг придет в голову, что моя работа мне не подходит, что она угрожает моему здоровью, благополучию или даже моей безопасности, ты гарантируешь, что не будешь запрещать мне заниматься ею?
Габриель резко отпустил ее:
— К черту, Пандора! Я не могу пообещать, что не стану защищать тебя.
— Опека может превратиться в контроль.
— Никто не обладает абсолютной свободой. Даже я.
— Но у тебя ее предостаточно. Когда кто-то обладает чем-то мизерным, ему приходится бороться, чтобы не потерять и эту малость.
— Сообразив, что почти перешла на крик, Пандора опустила голову. — Ты хочешь со мной поспорить, и я понимаю: если начнешь, то одолеешь, отвергнув мои доводы. Но тогда мы не сможем быть счастливы вместе. Какие-то проблемы не находят взаимоприемлемого решения. Что-то имеющее отношение ко мне никогда не может быть урегулированным раз и навсегда. Наша женитьба — это какой-то невозможный компромисс и для тебя, и для меня.
— Пандора…
Она не стала слушать его: зашагала прочь, быстро, чуть ли не бегом.
Вернувшись к себе, Пандора бросилась в постель полностью одетой и так пролежала несколько часов.
Она не чувствовала ни малейшего облегчения. Попыталась вспомнить что-то такое, отчего у нее на душе всегда становилось веселее. Не помогло. Никакого эффекта не последовало, когда она представила свое будущее, независимое и свободное, и как будут смотреться горы коробок с ее игрой в витринах магазинов.
