Делия потерлась о грудь принца, прерывисто дыша."
"Как обычно при виде его тела, ее скрутило желание, заставляя ласкать и трогать, требуя наполниться им до предела. До стонов, до хриплых, сорванных криков, до сладкой безумной боли.
Грудь отяжелела от желания, низ живота ныл и хотел мужского прикосновения. Делия сильнее прогнулась, и, подняв голову, посмотрела принцу в глаза.
На нее смотрели два серых куска льда, из глубины которых по ней полоснула дикая, почти звериная ярость.
Делия ахнула и отпрянула от принца, в страхе прикрыв рот ладошкой.
– Кто тебе позволил приходить и прикасаться ко мне без моего разрешения? – голос Салеха звучал обманчиво спокойно, но Делия знала, что под ним скрывается бешенство. – Я слишком избаловал тебя, Делия, позволяя то, что не дозволено ни одной наложнице. Ты до сих пор думаешь, что имеешь эти привилегии? Или ты плохо поняла, что я сказал тебе в прошлый раз?
Девушка испуганно попятилась, бормоча:
– Простите, мой принц. Я не желала вас оскорбить.
– Если ты еще раз попадешься мне на глаза, Делия, то очень пожалеешь об этом.
Передай королеве Дильфари, что я не желаю видеть твое лицо. Убирайся.
Оставшись один, принц устало потер лицо ладонями. Глупая Делия, кому интересны твои прелести, когда перед глазами стоит совсем другое тело – нежное, тонкое, немыслимо соблазнительное. Стефиана Аль-Таундсен, его нежный цветок с острыми шипами, хозяйка его жарких снов и жгучих фантазий, завладевшая всеми помыслами и желаниями, поселившаяся в сердце и пленившая разум.
Время, проведенное с ней наедине на острове, выжало из Салеха все силы: смотреть на нее обнаженную, прикасаться, ласкать и не иметь права пойти дальше.
Пить сладкие соки ее тела, слышать хриплые страстные стоны, срывающиеся с ее губ и останавливаться, чтобы не спугнуть эту недоверчивую, своевольную красавицу.
На острове Салеху показалось, что Стефиана стала меньше его бояться. И хотя ее голос был холоден, а слова ненависти жалили, как самый острый кинжал, но глаза, полные удовольствия, и тело, содрогающееся в сладких спазмах от его прикосновений, говорили иное.
Салех видел, что нравится ей, и не мог понять, почему Стефиана так упорно сопротивляется и отталкивает его.
Принц нарочно холодно обошелся с девушкой, когда принес ее во дворец: быть может, он слишком настойчив и стоит дать ей немного своего равнодушия и иллюзию, что она может сделать выбор?
«Ну что же, моя Стефи-ана, теперь мы будем играть в твои игры по моим правилам, – принц коротко улыбнулся.
