Он сделал шаг к ней и предложил с улыбкой:
– Я могу повернуться, чтобы ты могла рассмотреть меня и сзади, моя леди.
– Не надо, – пытаясь сохранить достоинство пропищала вконец смущенная девушка. – я потом… посмотрю.
Салех хищно прищурился:
– Обещаешь? Я буду ждать этого, моя красавица. – и подхватив ее на руки понес к кровати.
Навис горячим телом и вдохнул ее запах – непередаваемый, сводящий с ума. Пальцы прошлись по шее, едва ощутимо скользнули по коже. Невесомо опустились на тонкие ключицы и очертили грудь.
Ладонь легла на упругий холмик и мягко сжала, заставив сосок съежиться от этого прикосновения. Вторая рука забралась под спину, надавила на поясницу и от этого властного движения по ее внутренностям побежала судорога, горячая, сладкая, молнией ударившая в низ живота.
Пьянея от сводящего с ума прикосновения ее кожи, Салех медленно, надавливая, провел ладонями по ребрам, опустился к животу. Огладил выступающие тазовые косточки и обвел пупок. Мягко скользнул на лобок и придавил его ладонью.
И снова вернулся к губам, лаская и ловя ее дыхание.
Салех не понял в какой момент она стала отвечать ему – трогать его, неумело и робко проводя по коже подушечками пальцев. Неловко и стеснительно откликаться на поцелуи, гладя его волосы на затылке, впиваясь в плечи, когда его язык снова принялся ласкать ее грудь, дразняще обводя соски, прикусывая и втягивая их губами, так что она застонала и сладко выгнулась навстречу его движению.
Она растекалась под его руками и губами, когда он вновь спустился к нежному животу, обводя губами пупок и прикусывая тонкую кожу.
Чувствуя, как закипает от удовольствия от его прикосновений, Стефиана согнула колени и развела их, призывая к ласкам, которые он уже дарил ей однажды.
– Моя леди, ты приглашаешь меня? – шепот Салеха у виска, а его рука там, где у нее все сладко пульсировало от предвкушения.
– Скажи мне это, моя леди. – рука невесомо трогает нежные складки, скользит туда, и назад, и снова туда. Едва ощутимо, чуть нажимает, заставляя ее выгибаться и сильнее разводить колени.
– Тебе нравится? Скажи, моя красавица…
Шепот у виска обжигает, руки заставляют стонать и всхлипывать от удовольствия и впиваться пальцами в его плечи, не позволяя отодвинуться.
– Салех, что ты делаешь? – чуть не заплакала она, когда мужская рука вдруг исчезала с ее тела. – Вернись.
– Пожалуйста. – его руки возвращаются, и ее снова начинает горячо потряхивать от прикосновений к ее бедрам.
