Книга Стажировка в Северной Академии — читать онлайн бесплатно полностью

– Но я не оставлю с вами наедине мою невесту.

Несмотря на нервную дрожь и предстоящее слушанье, я не смогла не улыбнуться такой решимости Винса.

Пожалуй, магистр Рихтэйр так редко получал столь непримиримые ответы, что он даже растерялся на несколько долгих минут. Впрочем, тишину заполнил другой голос, который звучал куда приятнее и дружелюбнее:

– Редриг, не брюзжи, пусть мальчик остается.

Надо же... Неужели это магистр Тайя? В последние годы она вела затворническую жизнь, и я никак не ожидала ее здесь увидеть.

– Пусть, – наконец проворчал магистр Рихтэйр и жестом пригласил меня занять свое место.

На негнущихся ногах я прошла в центр аудитории, крепче прижала к груди стопку бумаг. Но ничего произнести не успела, дверь открылась, и на пороге показался профессор Дуаре.

– Простите за опоздание! – как ни в чем не бывало извинился он, обвел безразличным взглядом ученых мужей, потом остановил свой взгляд на мне и кивнул с едва заметной ободряющей улыбкой.

– Что ж, начинайте, Аделия Лоусон...

С этих слов и с медленных ударов сердца начался мой рассказ.

Кажется, волнение испарилось, словно его и не было. Я говорила, и говорила, и говорила, и с каждой произнесенной фразой я все больше распалялась, горячилась, доказывала, а когда вдруг замолчала, то поняла, что выдохлась.

Тишина пологом легла на аудиторию, даже крупинки пыли замерли в воздухе.

– Исследования? – едва слышно попросила магистр Тайя. – У вас есть исследования в этом направлении?

Конечно, у меня было исследование, живой пример того, что магические потоки можно не только восстановить, но и заменить...

– Я ее исследование, – опередив меня, спокойно произнес Винсент. Он встал со своего места и остановился рядом со мной.

Но его слова остались без ответа, потому что женщина вновь уточнила:

– И вы чувствуете то, что, эм-м-м, чувствует магия?

Говорить о таком было неловко, описывать способы лечения и то, как я заставила магию проявить эти самые чувства тем более, но.

– Чувствую ее настроение, ее боль, обиду за потребительское отношение, за то, что мы забыли о том, что человек и его сила – единое целое.