Думаю, это что-то вроде «поводка» из Рахтомора, который мешал переместиться в другой мир.
– Так давай, чего ждать! Начинай с этой, пусть хотя бы по делу ревет. – Лорн криво ухмыльнулся.
Магистр кивнул и потер ладони. Между его пальцами вспыхивало оранжевое пламя. Я пискнула и попыталась отступить, но воин крепко схватил меня за плечи.
– Сиятельный очень огорчен, что ты сбежала. Он не хотел причинять лишнюю боль, но что поделать: если девушка не понимает своего счастья, ее надо научить. Закатайте ей рукав!
– Я не знаю никакого Сиятельного! – заорала я, пинаясь и извиваясь.
"
"С таким же успехом можно было бы пинать каменную гору. Воин, чьего имени я пока не знала, рванул меня за запястье и едва не выдернул руку из сустава.
– Это не она, – раздался тихий голос.
Лу сидела на земле и терла висок. Выглядела она сейчас совсем не как знатная дама, а как взъерошенная девчонка.
– Отпустите ее. У нее нет дара. Я та, кто нужна Сиятельному.
– А она? – Лорн присел рядом с Лу на корточки и двумя пальцами приподнял ее лицо за подбородок.
– Кто она?
– Просто сестра, – соврала Лаура не моргнув глазом. – Она здесь случайно.
– Случайно или нет – решать не мне. Вейл, наложи на нее печать. Наложи на обеих.
Магистра не пришлось просить дважды. Я первая испытала на себе всю прелесть нанесения печати.
Кожу будто прижгли каленым железом. Я кричала и кричала, и никак не могла остановиться. Все, теперь появятся жуткие ожоги. Но, как ни странно, прикосновение Вейла оставило лишь слабый след, украсив запястье темными полосами с незнакомым орнаментом.
Лу кричать не стала, только прикусила губу до крови.
– Вам это с рук не сойдет, – выплюнула она, когда все закончилось.
– Пора идти! – приказал Лорн.
Он снял с пояса длинную тонкую цепь и обвязал вокруг талии Лу. Сим то же самое проделал со мной.
– Вперед! – грубо скомандовал он. – Не ныть! Если упадете, никто вас на руках не понесет, но я лично с удовольствием допинаю до самого дворца!
Он был страшно зол за то, что из-за Лауры вынужден будет шагать всю ночь напролет.
– Дайте мне забрать Куся! – взмолилась я. – Хотя бы похоронить по-человечески!
Мой рыжий пушистик! Мой родной! Как мне хотелось напоследок погладить твою мягкую шерсть, поцеловать макушечку. Я не могу поверить, что навсегда расстаюсь с тобой.
Мы с Лу встретились взглядами. Она смотрела с сочувствием, глаза у нее были мокрыми.
Мои мольбы повисли в воздухе.
