Рост навыка замедлился — это было неизбежно, ведь чем выше уровень, тем сложнее становится его повышать. Но даже так я чувствовал себя сильнее и увереннее. Гус всё ещё разделывал меня под конец каждого спарринга — он использовал всю свою силу и скорость, а я пока не мог с ним тягаться в этих аспектах. Но благодаря своему навыку «понимания» я давно предугадывал его движения и реагировал куда быстрее. А если бы он взял тренировочный меч вместо крепкой палки, я бы уже его уделал. Длина моего оружия давала мне преимущество.
Еще я понял, что заклинание не главное мое преимущество. Именно система делает меня сильным. Мои навыки росли аномально быстро. Если обычному человеку нужно было годами тренироваться, чтобы достичь моего уровня владения копьём, мне понадобилось всего две с лишним недели. Это вдохновляло: я почти на равных сражался с практиком, который превосходил меня в скорости, силе и в реакции. На что я буду способен через год?
Внимание! Выберите бонус к владению древковым оружием за двадцатый ранг способности!
Твёрдая хватка.
Шанс против воли выронить оружие в бою снижается до нуля.
Меткий бросок. Вы мечете копья гораздо лучше.
М-м… Пожалуй, твердая хватка. Даже если я сменю рогатину на копье полегче, которое можно будет метать, сомневаюсь, что я буду носить с собой связку таких копий. А вот шанс во время боя даже со сломанными пальцами не отпустить копье (да и любое другое оружие, как я понимаю), если не хочешь этого, довольно важен.
Гус тоже замечал рост моего опыта.
Он уже показал мне все приёмы, которые знал. В мастерстве я его обошёл — оставалось догнать в голых характеристиках. Но это было лишь вопросом времени, медитации и собственноручно приготовленных зелий.
После нашего похода в горы за телом его брата Гус изменился. Стал меньше пить; раньше он часто упивался вечерами вдрызг, а утром от него разило кислятиной и перегаром. Теперь же он пил только по вечерам, после наших тренировок. И кажется, пил меньше: одну-две кружки пива.
Тоже не слишком хорошо, но надеюсь, он совсем завяжет с выпивкой.
Потеря брата оставила глубокий шрам на его душе, но теперь, когда мы вернули с гор и похоронили тело, Гусу стало лучше.
Всё шло своим чередом. Жизнь продолжалась в привычном ритме и без особых сюрпризов до дня, когда совершенно незнакомый человек признал во мне практика.
В тот день ничего не предвещало беды. Утро прошло за тренировками с Гусом, после я зашел в лавку к Рою.
