Троцкий выступил с письмом к партийным организациям, озаглавленным «Новый курс», этаким манифестом своей группы, который обсуждали на срочно созванной партконференции. Антонов-Овсеенко по этому поводу накатал заявление в Политбюро, где возмущался нападками на Троцкого. И, в частности, писал: «Знаю, что этот мой предостерегающий голос на тех, кто застыл в сознании своей непогрешимости историей отобранных вождей, не произведет ни малейшего впечатления. Но знайте – этот голос симптоматичен. Он выражает возмущение тех, кто всей своей жизнью доказал свою беззаветную преданность интересам партии в целом, интересам коммунистической революции.
Эти партийные молчальники возвышают свой голос только тогда, когда сознают явную опасность для всей партии. Они никогда не будут молчальниками, царедворцами партийных иерархов. И их голос когда-нибудь призовет к порядку зарвавшихся „вождей“ так, что они его услышат, даже несмотря на свою крайнюю фракционную глухоту».
Казалось бы, ничего страшного – человек высказал свое мнение… Если не знать, какой пост этот человек занимает! Антонов-Овсеенко – начальник политического управления Реввоенсовета республики! Большевик номер один в Красной армии.
С учетом этого немаловажного обстоятельства письмо приобретает совершенно иной характер – это, без натяжек, неприкрытая угроза: у Политбюро, мол, одно мнение, а у армии совершенно другое, и это следует учесть…
И письмо это, между прочим, – лишь ответный ход в уже начавшейся борьбе. Незадолго до этого Антонов-Овсеенко самочинно, своей немаленькой властью, направил в армейские парторганизации циркуляр, где предписывал, ни много ни мало, изменить систему партийно-политических органов Красной армии на основе положений «Нового курса»!"
"Это было совершеннейшее самодурство, абсолютно противоречившее тогдашним правилам.
Антонов не имел на такое решение никакого права. С его стороны это был тот самый произвол, в котором принято обвинять одного Сталина…
Наше личное отношение к большевикам и Советской власти тут ни при чем.
Были определенные правила, которым просто обязан был следовать член партии, обладатель немаленького поста в системе политической власти…
Политбюро, естественно, приказало циркуляр отменить. Тогда Антонов-Овсеенко и написал это письмецо. А чуть позже заявил, что Красная армия «как один человек» выступит за Троцкого. Попахивало военным переворотом…
Ситуация накалилась до предела. Зиновьев требовал немедленного ареста Троцкого.
