Что-то он о них рассказывал с насмешливой бравадой и себя к ним причислял, но болтовне его я не придал значения. Что болтуны они были и шуты гороховые, это еще у Толстого показано, где о Пьере Безухове».
Лично я, когда речь заходит о масонах, упорно требую одного – доказательств. Хотя бы чего-то, отдаленно похожего на доказательства. Но так и не дождался. Ни один из тех субъектов, что уверяли, будто Пушкина изничтожили зловредные масоны за раскрытие их тайн, не могли ответить на простейший вопрос: каких именно? Ведь, рассуждая логически, если Пушкин масонские тайны разгласил, они таким образом стали известны? Достаточно широкому кругу?
Теперь – о евреях.
Копий тут сломано превеликое множество, да вот беда – копья какие-то гниловатые и на настоящие не похожие. Собственно говоря, и сторонники, и противники версии о революции как «еврейском заговоре» совместными усилиями загнали проблему в тупик. Одни тупо талдычат, что «все беды – от жидов», другие отвечают столь же примитивной руганью.
Опус под названием «Двести лет вместе», который бородатый пророк полувымершей интеллигенции отчего-то считает «объективным трудом», только прибавил неразберихи…
А дело в том, что нам просто-напросто нужна подробная, объективная и свободная от любых перегибов как со стороны «обличителей», так и «защитников» история российского еврейства: его жизни, политических и литературных течений, борьбы идей. Без этого просто не понять нашей же собственной истории.
Вот, например, вольнодумное брожение в среде еврейства XVIII века, вызванное общей волной европейского движения умов. Об этом мы практически ничего не знаем. Совершенно забыт, например, Линецкий, автор нашумевшей в свое время антихасидской повести «Польский мальчик», или Шацкес, автор «Предпасхальных дней», направленных против ветхозаветного иудаизма…"
"Хорошо еще, что легко доступны воспоминания Голды Меир. Что же она пишет о состоянии еврейской политической мысли начала века?
«Тоска евреев по собственной стране не была результатом погромов (идея заселения Палестины евреями возникла у евреев и даже у некоторых неевреев задолго до того, как слово „погром“ вошло в словарь европейского еврейства); однако русские погромы времен моего детства придали идее сионистов ускорение, особенно когда стало ясно, что русское правительство использует евреев как козлов отпущения в своей борьбе с революционерами.
