– Чтобы приободрить сестру, Женя даже приобнял её, что делал крайне редко. – Поехал-ка я, ребят поищу. Надо что-то предпринимать. Вон в военкоматах уже очереди – люди на фронт рвутся. Что же, сидеть ждать, что ли?
Шура не возражала. Брат всегда был самостоятельным, и переубеждать его было бесполезно.
Учитывая обстановку, Женя решил поехать в школу. Его расчёт оказался верным: там он застал основной костяк своих друзей-одноклассников. Вопрос у всех был один: «Что делать дальше?»
– Ребята, чего тянуть, айда в военкомат! Прямо все вместе! – запальчиво призывал Витя Пастернак.
– Возраст у нас призывной, нас просто обязаны направить на фронт. Может, и служить вместе попадём. А там мы дадим этим фрицам! Они ещё не знают, с кем связались!
– Да понятно, Вить, но ты всё-таки не горячись, – заговорил более рассудительный Серёжа Овсянкин. – Мы все хотим поскорей оказаться на фронте. Но ты же слышал, в первую очередь призываются лица 1905–1918 годов рождения. Пока их не выберут, нам в военкомате делать нечего.
Женя уже готов был выразить своё мнение, но тут появился школьный комсорг Миша Межибовский.
– Так, чего судим-рядим, а, герои-добровольцы? – с насмешкой сказал он.
Никто особо не отреагировал на его издёвку, и Межибовский решил взять быка за рога:
– А ну, кто хочет Родине послужить, шаг вперёд!
Все аж повскакивали от таких слов:
– Говори, что делать!
– А дело, ребята, самое что ни на есть ответственное, – перешёл он на заговорщический тон, что ещё больше подзадорило компанию. – Мы с вами пойдём в военкомат… – Он сделал многозначительную паузу.
– Ну, не тяни! – толкнул его под локоть Пастернак.
– Ну, правда, Миш, чего тянешь-то? – с еле скрываемой обидой в голосе сказала Маша Бычкова.
– Пойдём в военкомат и будем разносить мобилизационные повестки, – выпалил Михаил. – Нам поручено доставить их адресатам нашего района.
Раздался всеобщий вздох сожаления.
– Да-да, это тоже очень важная и ответственная работа. А вы как думали! От нас с вами будет зависеть бесперебойная работа мобилизационной кампании.
Сами понимаете, сейчас каждый час, каждая минута до́роги.
– Да что ты нас уговариваешь! Надо – значит, надо. Да только мы и сами бы на фронт не прочь попасть.
– Пока будем разносить, я всё как следует узнаю. Так сказать, прощупаю обстановку. Что-нибудь придумаем.
– Ну вот, это другое дело.
– Где там твои повестки?
– Это завтра. Сегодня они только выписываются. Сами понимаете, с таким количеством народа надо ещё разобраться.
