– Слова Мебиуса не выходят у меня из головы. Я – клон Инги, клон чудовища в человеческом облике.
– Но ты не чудовище. Ты замечательная девчонка, очень добрая и… – он немного смутился, – красивая.
– Ты мне тоже нравишься, Никит, – улыбнулась девушка. – И я хотела сказать, что с Антоном у нас все закончено. Мы с ним! очень разные люди. Ты пригласил меня на бал, но я сваляла дурочку. И теперь я сама хочу пригласить тебя на свидание. Может, сразу после конкурса талантов?
– Конечно! – радостно воскликнул Никита.
– Вот и хорошо, – с облегчением вздохнула Ксения.
– Я думала, ты не согласишься. Чтобы проучить меня… Я бы поняла, потому что заслужила это.
– Не говори глупости!
– Раз так, я очень рада. Самый красивый парень в этой школе пойдет со мной на свидание! Есть от чего запрыгать до потолка.
Никита не сдержался и громко захохотал. Все проблемы сразу отошли на второй план. Он взял Ксению за руку, и они долго сидели на скамейке, просто болтая.
И не замечали, что за ними пристально наблюдают.
* * *В день спектакля в актовом зале собралась почти вся школа.
Члены жюри сидели в первом ряду, зрители окружали их со всех сторон и едва не садились на плечи. Преподаватели также сидели впереди, среди них Никита разглядел Елену Владимировну, Ингу Валерьевну и Михаила Федоровича. Здесь же высилась и Нелли Олеговна Казакова. Она что-то шептала на ухо Галине Петровне, а та понимающе кивала головой.
Гордей появился в зале за пять минут до начала спектакля. Сегодня он был в сером пальто, из-под которого высовывались синие джинсы и кроссовки.
Если бы Никита не знал о мече, он бы его и не заметил. А так сразу определил, что клинок пристегнут к поясу Гордея с левой стороны.
Действие началось, и в зале воцарилась тишина.
На сцене стоял круглый стол, покрытый зеленым сукном. Вокруг сидели и играли в карты Сурин – Игорь Лужецкий, Нарумов – Антон Василевский, Германн – Никита, а также Томский, которого пришлось играть Ксении ввиду острой нехватки мальчиков. Артем, как опытный подсказчик, сидел в суфлерской будке, и его реплики зачастую звучали громче, чем их проговаривали актеры.
Пока все шло как по маслу. Томский рассказал приятелям о своей восьмидесятилетней бабушке, которая очень ловко режется в карты на деньги. На том первый акт и закончился. Занавес опустился.
Затем действие переместилось в будуар графини. Графиню играла Клепцова, только-только выписавшаяся из больницы. Ирина не знала ни слова из диалогов и надеялась только на подсказки Артема.
