Антон изображал крестоносца в длинной мантии; под мышкой он держал сверкающий металлический шлем, выглядевший почти как настоящий. Изготовить такой было непросто, – но только не Антону, который гнул железо одним усилием воли. Ксения пришла в небесно-голубом платье до пола с широким золотым поясом. Ее длинные волосы, завитые пышными локонами, красиво обрамляли лицо. Голову венчала изящная золотая корона, на правом запястье поблескивал широкий браслет из прозрачных кристаллов, оплетенных тонкими золотыми цепочками.
Никита обомлел: он никогда не видел Ксению такой… сногсшибательной. У Артема же вовсе отпала челюсть.
– Глазам не верю! – выдохнул он.
– Всем привет! – улыбнулась Ксения, приближаясь. – Никита, ты просто картинка!
– Ты тоже, – смущенно пробормотал Никита. – Знакомьтесь, это Тесса, – представил он свою спутницу.
– Я – Ксения!
– Очень приятно, – сказала Тесса, оценивающе ее разглядывая. Ксения тоже смерила Тессу странным взглядом. Наконец двери спортзала раскрылись. Грянула музыка, от которой задребезжали стекла в вестибюле.
Толпа повалила внутрь, откуда уже доносился замогильный голос диджея Максима, многократно усиленный динамиками:
– Добро пожаловать, упыри и ведьмы! Приветствуем вас, пришельцы и выходцы с того света! Присоединяйтесь к нашему празднику! Единственный день в году, когда многие из вас, никого не стесняясь, демонстрируют остальным свою подлинную сущность!
– Ты говори, да не заговаривайся, – послышался голос вожатой Оксаны. – Не то получишь!
В темных углах вспыхивали и гасли разноцветные огни, музыка громыхала, отражаясь от стен.
Пластиковые тыквы с вырезанными глазницами медленно вращались под потолком, освещая пространство желтым мерцающим светом. Вдоль стен зала стояли столики на пять-шесть человек каждый, на них горели фонарики в виде тыкв.
Никита потерял из вида Ксению и Антона, зато увидел в толпе Алену, Ларису и Веронику. Все три нарядились медсестрами: белые халаты с красными крестами на груди, белые чепчики, белые туфельки.
Только Алена почему-то обулась в резиновые сапоги.
Инга Валерьевна в костюме бесшабашной пиратки прохаживалась между школьниками и записывала что-то в блокнот. То же самое делала и Елена Владимировна в наряде феи. Физрук Михаил Федорович в порванной тельняшке и черной бандане тоже мелькал в толпе. Только Нелли Олеговна не сочла нужным переодеться к празднику. Она стояла у стены в своем неизменном коричневом костюме и с кислой физиономией рассматривала ряженых.
