Сильные пальцы крепко сжались на бедрах, оставляя красные борозды и саднящую боль.
А я… Я задохнулась от мыслей, что еще ночью он целовал другую. Ту красивую девушку, что я видела на парковке. И она отвечала ему со всей должной страстью. Возможно, они даже занимались любовью… Картинка, как мой голый муж лежит в кровати с другой, разбила сознание вдребезги.
Но остановится я уже не могла. Ее пальцы скользили по телу моего мужа. Гладили грудь, ласкали живот с темной полоской жестких волос, уходящих чуть ниже… Я как наяву видела, как Герман удовлетворенно прикрывает глаза, когда кольцо пальцев смыкается на пике его возбуждения.
Задохнулась. Принялась жадно хватать ртом кислород. Ревность сжирала меня изнутри, не давая дышать.
Я со всей силы уперлась руками в тугие мышцы груди.
– Отпусти! Отпусти меня! Сейчас же! – Уж не знаю, как мне удалось его оттолкнуть. Против этой сокрушительной силы мои слабые попытки освободиться – лишь пшик.
Но Герман отошел в сторону, яростно смотря на меня исподлобья
– Надеюсь, ты уяснила.
– Ледяным тоном сказал и направился к выходу, так и оставив сидеть меня на столе, с задранной юбкой и расколотой на части душой.
У самой двери остановился. Медленно обернувшись, дополнил:
– Ты можешь сдать свой экзамен. Но вечером я жду тебя дома.
Я хлопнула сырыми ресницами.
– Я не вернусь, – голос дрожал. Противостоять такой подавляющей энергетике сложнее всего.
– Тогда я приставлю к тебе охрану, Варвара.
И поверь, ты не будешь этому рада.
Мы еще сражались взглядами пару секунд, пока Герман не заключил:
– Тема закрыта. Возвращайся домой. Я не отпущу тебя. И развода не дам. Не обсуждается. Сколько раз я должен это повторить, чтобы ты поняла?
Щеки обожгло горячими дорожками слез. Герман всегда был таким. Холодным расчетливым хищником. Деньги наделили его нечеловеческой властью. Но сейчас я окончательно перестала его узнавать.
Бессознательно накрыла руками плоский живот.
– Нет. Я не вернусь. И ты дашь мне развод. – Спорила я до последнего. Знала – дам слабину, и мне придется закрыть глаза на предательство. А я не смогу.
– Иначе? – Его темная бровь иронично взметнулась."
"– Иначе, сбегу, – прошептала. «И ты никогда не узнаешь о малыше под моим сердцем» – дополнила мысленно, но вслух говорить об этом не стала. Как оказалось, я совсем не знала своего мужа.
