Вот это военная выучка, никаких вопросов или ненужных оханий, моментальная, четкая реакция. Только бы милиция поскорей приехала…
На лестнице, ведущей на чердак, послышались осторожные шаги. Я юркнула в старый, рассохшийся гардероб, выбросить который рука не поднималась ни у кого из домашних, и закрыла глаза.
– А ну бросай оружие, подонок! – загремел внизу голос.
Послышался выстрел, сначала тихий, потом еще один, оглушительно громкий, крик, следом звук, глухой, такой, словно на пол упал мешок с мукой…
Дверь на чердак, несмотря на тяжелый стол, подпиравший ее, легко отворилась.
– Евлампия Андреевна, – бодро крикнул Рябов, – выходите!
Я высунулась из шкафа. Посреди чердака стоял генерал с огромной «пушкой» в руках.
– Олег Константинович!!! – взвыла я. – А где Виктор?
– Этот тот, который хотел убить вас? – спокойно спросил генерал. – Под лестницей валяется, без сознания. Я ему правую ногу и правую руку прострелил.
Нет, есть еще порох в пороховницах! Метко вложил, впрочем, оружие у меня всегда в порядке, наградное. Мне его Георгий Константинович Жуков лично вручил, стоящая вещь, «наган», не пукалка какая-нибудь! Ну что за молодежь слабая пошла! У меня сколько ранений, ни разу в обморок, как баба, не падал, с простреленной рукой сам в санбат дотопал, а этот. Тьфу!
Он замолк и поинтересовался:
– Евлампия Андреевна, вам плохо?
– Нет, – прошептала я, – мне очень хорошо.
В наступившей тишине вдруг возник высокий, воющий звук, и во двор влетели машины. Ну не идиоты ли! Зачем носиться с сиреной по спящему поселку? А уж народу прикатило. Из микроавтобуса горохом посыпались люди. Вот они зашагали по дорожке, и первым со злым, нервным выражением на лице двигался Володя Костин. Я перевела взгляд. Из «Волги» вылезла женщина, та самая, что дотащила мои «Жигули» до бензозаправки.
– Лампа, – прогремел майор, – а ну поди сюда, немедленно!!!
Став ниже ростом, я сползла по лестнице и, стараясь не смотреть на стонущего Виктора Славина, над которым склонился врач, спросила:
– Чего тебе?
– «Чего тебе», – передразнил майор, – ну погоди, ну погоди, ну погоди…
Что это с ним, как заело, никак не договорит до конца.
Лихая автомобилистка вошла в комнату. Сегодня она опять была в джинсах и светлой футболке.
