Я остолбенел, чувствуя лишь одно, как по телу циркулировало обожание и любовь. Я протянул ей ладонь, она вложила в мою ладонь пальцы и легонько сжала, поднявшись.
Теперь осталось только одно – самое главное... Думаю, ей бы хотелось получить толковое предложение... Романтичное. Что ж, я готов!
– Это Мия, – повторил я. – Мия – моя невеста!
За столом захлопали, раздались одобрительные возгласы.
Я быстро достал из кармана коробку с кольцом и опустился на одно колено, смотря на нее снизу-вверх.
Над головой Мии покачивались симпатичные садовые фонарики.
Я понятия не имею, как и откуда она их откопала в моем доме. Наверное, я их сам покупал когда-то, но потом передумал использовать в интерьере. Но она их нашла и попросила растянуть над площадкой. Получилось симпатично. Более того, когда я сейчас смотрел на Мию, находясь ниже нее, свет фонариков подсвечивал ее тонкую, аппетитную фигурку. Она сияла, реально сияла, как будто была родом из сказки.
– Мия…
Мой голос сильно сдал, стал севшим и хриплым. Сердце барабанило в груди на предельной частоте.
– Мия, ты выйдешь за меня?
Я держал кольцо и ждал ее ответа. Все стихло, кругом, я даже слышал, как часто и взволнованно дышала Мия. Пчелка моя, сладкая… Не откажется? Внезапно я забеспокоился. Я ее перед фактом поставил, она была согласна. Но вдруг…
– Да! Да, я выйду за тебя! – радостно ответила она.
Уффф… Хвала небесам! Я быстро натянул на ее палец кольцо, поднялся и поцеловал при всех. Сладко-сладко, горячо, нежно и глубоко, я словно пил райский нектар из ее губ!
Все поздравляли нас! Адам хлопал и кричал громче всех.
После поцелуя я обнял Мию, она спрятала лицо у меня на груди. Все начали подходить, поздравляя. Последним подошел Адам.
– С твоего позволения, позволь мне обнять будущую Мию Исаеву! – попросил он.
Я кивнул, Адам обнял Мию, поцеловал в щеку.
– Так, стоп… На поцелуй ты разрешения не брал! Я сам ее буду целовать! – заворчал я, по-хозяйски прибирая к рукам свою Пчелку.
– Будешь целовать? – уточнил Адам.
– Буду! – твердо заверил я брата.
Он с облегчением выдохнул, кивнул мне без слов, посмотрел с обжигающей радостью. Я знал, что брат хотел мне сказать. Он был свидетелем того, как я облажался далеко в прошлом, знал о причинах, почему я с девушками не целовался и вообще не заводил длительных отношений. Брат корил себя за тот совет, что он мне дал, может быть, даже чувствовал вину, но сейчас все эти глупости остались в прошлом. Сейчас я был счастлив предельно, и брат это чувствовал.
