Скорее, они бы за меня взялись, начали спешно сватать, чтобы младший брат не остепенился раньше старшего!
– Старший, скажешь мне.
– Старший. И я прав. Причина не в наших родныз, тебе стыдно должно быть. Ты прикрываешься ими, зная, что они не стали бы строить козней, а порадовались за тебя от всего сердца.
– И для чего эта тирада?
– Ты запутался, брат. Запутался за шаг до финиша. Это обескураживает даже при взгляде со стороны.
Телефон тренькнул сообщением. Глупое сердце задергалось, словно все струны задели, когда я увидел, что сообщение было от Мии.
Отвернувшись в сторону от брата, я открыл чат. Там было фото Мии и бабушки ее мужа. На шее Мии был завязан шарфик шафранового цвета.
«Бабушка связала мне шарфик. За ней хорошо ухаживают, она завела себе подруг»
Я почувствовал в этих словах громадное облегчении Мии. Все-таки она сомневалась, переживала за состояние бабушки. В груди заныло: до чего же она хорошая, за чужой бабушкой присматривала, тянула до последнего. За чужой? Нет же… За бабушкой мужа.
Кто знает, вдруг в сердце Мии еще чувства к мужу остались?
На экране появился знак: «собеседник набирает сообщение».
Этот значок висел долго-долго, как будто Мия набирала и стирала, набирала и стирала, снова пыталась написать что-то.
В итоге мне пришло короткое сообщение:
«Желаю удачного перелета»
И следом еще одно:
«Напиши, когда приземлишься. Пожалуйста»
Внезапно черт меня дернул написать ей:
«А ты бы полетела со мной?»
Ответ пришел незамедлительно:
«Нет»
Я едва не рухнул в бездну, испытав стылое ощущение, как будто пропало все кругом: автомобиль, дорога, плечо брата рядом.
Все растворилось, даже эмоций не осталось. Возникло чувство бесконечного падения и уверенности, что так будет длиться целую вечность.
Еще через секунду чат обновился:
«Извини, я не летаю самолетами. Наверное, никогда не увижу тропические страны, хех. Мне пора бежать. Напиши, как прилетишь!»
* * *Мия
В какой-то момент отчаяния я решила, что будет проще прервать связь с Якубом.
Мы наговорили друг другу много дурного, я была расстроена, не могла найти себе места, проплакала целую ночь и с большим трудом уснула под утро. Не помню, какой именно был сон, но точно знаю, что он был дурным, затяжным и там было много-много крови.
Я проснулась в холодном поту. После несчастного случая с родителями я панически боялась самолетов и безумно сильно переживала за Якуба. Что, если сон был вещим?
Дурное предчувствие не отпускало меня.
