Ужас, какой кайф…
Слишком хорошо.
Жарко.
Он меня дробил на части и вновь собирал своим поцелуем.
Размазывал пошло и нежил почти святой заботой.
В каждом его прикосновении чувствовался жар и страсть. Он начал поглощать меня! Просто поедать кусочками, смакуя… Я не могла остановиться, принимала его остервенелые поцелуи и таяла, таяла, таяла, пока точка кипения не достигла максимума.
Из глаз заструились слезы. Плоть запульсировала. Без прикосновений, без ласки, без проникновения. Якуб всего лишь целовал меня, не трахая, не касаясь членом.
Но этот поцелуй – губительный, глубокий, откровенный был круче всякого секса."
"Огненное торнадо закрутилось внутри и внезапно меня начало сносить в сторону. Бедра задрожали, стиснулись. Из центра моего существа словно излилось что-то волнами, приливая всюду. Тело стало легким и тяжелым одновременно, продолжая пульсировать по нарастанию, а потом… вдруг резкое и мощное освобождение…
Комок удовольствия. Тело стало просто импульсом. Лучиком жара. Рекой магмы…
Я кончала и не могла остановиться: это был самый длительный оргазм, самый раскатывающий.
Я плакала и кончала, и не могла перестать целоваться.
Лишь спустя несколько мгновений Якуб оторвался от моих губ, провел ладонью по моему телу, собирая дрожь и коснулся меня между ног.
Его пальцы понежили клитор и скользнули ниже, собирая вязкую скользкую влагу.
– Ты кончила, – выдохнул удивленно. – Не просто кончила, но выдала сквирт… Девочка моя! – застыл, облизываясь. – Теперь я твой ротик затрахаю поцелуями.
Заебу губами.
– Да…
Будучи совершенно расслабленной, я обняла его, позволяя передохнуть и себе, и ему, потом внезапно потерлась щекой об его щеку.
– Давай.
– Что?
– В попку хочу попробовать…
– Мия… – зарычал он.
– Хочу. Сейчас так хорошо, так расслабленно, я вся твоя… Пожалуйста.
– Ты должна доверять мне. Понимаешь?
– Просто расслабься и не бойся. Я все сделаю максимально приятно для тебя.
– Точно?
– Да, – послал горячий, полный обожания взгляд.
– Твой кайф для меня как наркотик. Видеть и чувствовать, как тебе со мной хорошо, это нечто запредельное.
Якуб снова потянулся за тюбиком лубриканта, только на этот раз не спешил пускать его в ход. Мужчина наклонился надо мной, закрывая собой все-все, остались только его глаза – темные и притягивающие, словно ночь, полная тайных желаний.
– Поцелуешь меня? Немножко? – попросила я с тихим всхлипом.
Почему-то внезапно я начала бояться, что он меня не поцелует.
