ревность... – она качает отрицательно головой, – не надо решать всё сгоряча. Не рубите сплеча. Вы любите друг друга, у вас семья. Это главное в жизни.
– Вот так... – шепчу я, стоя перед распахнутым шкафом. – Чтобы он хоть на минуту отвлёкся от работы... нам пришлось дойти до расставания...
Глава 14.
Глава 14.
МАКСИМ
Жду свою жену, сидя в машине перед своим домом. Никогда не думал, что буду приезжать сюда как гость.
Но я и не намерен в будущем становиться им.
Прошедшая неделя была адом.
Я метался между работой, поисками старосты нашего дома и просмотром записей с камер наблюдения.
Пытался найти хоть что-то, что подтвердило бы: в тот день к Полине действительно приходила та самая женщина, о которой я думаю.
Это теперь в моей голове всё более менее ясно и понятно. А когда Поля обвиняла меня и утверждала про измены с какой-то Ксенией, которую я даже не знаю, признаюсь, был шокирован.
Ну я-то должен наверняка знать, с кем я ей изменяю, не правда ли?!"
"А ещё были разговоры с сотрудниками в моей больнице про Петрову.
Мне говорили, что она, оказывается, любит подслушивать чужие разговоры, а потом распускать сплетни.
Но раньше я этого не знал, потому что работаю в этой больнице относительно недавно.
И вот, наконец-то всё окончательно выяснилось, мне осталось только поговорить с Полиной.
Дверь подъезда открывается, и выходит моя жена.
Заметив нашу машину, замирает. Её взгляд – растерянный, поведение неуверенное.
Она медлит, словно не решаясь подойти.
Я открываю дверь со своей стороны и делаю шаг навстречу. Приглашаю присесть в нашу машину.
– Привет.
Мой голос звучит тише, чем я ожидал. Она поднимает глаза, и в них – неловкость, будто мы не муж и жена, а едва знакомые люди.
– Привет.
Её ответ короткий, без тепла. Расстояние между нами в машине кажется огромным сейчас. Но так хочется его сократить.
– Как ты? Как Саша?
– Хорошо, – дежурные фразы.
– Поужинаем? – спрашиваю, и в своём же голосе неожиданно для себя слышу тоску, которую старался не замечать все эти дни.
Надо же, последнее время мы редко виделись из-за моей работы, но я так не скучал по жене и дочери.
Точнее, скучал, но не так сильно, как сейчас, когда знаю, что не могу просто обнять её перед сном, не могу утром заварить ей кофе, не могу услышать, как она смеётся над какой-то ерундой.
