– Есть. Я знаю всё про тебя, понимаешь? Ты не потерял часы, а забыл их в другом месте. И обручалку, скорее всего, впопыхах надевал, потому что торопился. Ну, или мысленно развёлся. Сразу предупреждаю: если ты собрался выбирать между мной и своей беременной любовницей, то не утруждайся. Выбор прост. Знаешь, я сначала просто думала, что накручиваю себя, когда ты отдалился от меня. И мама убеждала меня, что я ищу проблемы там, где их нет. Сама себе я не раз говорила: мол, Сашка капризничает, и ты сбегаешь на работу из-за этого.
Но нет, всё оказалось банальнее. Не в дочери дело. А во мне и... третьей лишней.
– Ты сериалов, что ли, пересмотрела, милая? – в его глазах уже тревога.
– Я не люблю сериалы."
"– Тогда не понимаю, кто тебе такое вообще вкладывает в голову...
Показывает пальцем на свой висок.
Хватит разговоров. Подхожу к тумбочке, достаю оттуда часы и протягиваю их ему. Те самые, которые он «потерял» недавно.
Мой муж замирает. Смотрит то на часы, то на меня. Он словно не понимает, что происходит. В глазах снова неподдельное удивление и растерянность.
– Откуда они у тебя?
– Максим… – горло сжимается, продолжать страшно, но надо, потому что теперь всё равно без вариантов. – Ты хочешь развода, но из-за Сашки не решаешься уйти к любовнице?
Несколько минут теперь стоим молча.
– Поль, ну почему ты не веришь мне? – тихо, уставше. – Нет никакой другой женщины, кроме тебя. И откуда у тебя на самом деле мои часы? Я ведь реально их потерял.
– Любовница твоя принесла. Ксения. Брюнетка, высокая, стройная, красивая.
И … беременная. Срок около шести, семи месяцев, примерно.
– Ксения? – переспрашивает зачем-то.
– Да.
Снова замолкает. Молчит довольно долго. Замечаю, как на переносице сходятся брови.
– Но я не знаю никакой Ксении в своём окружении, – пожимает плечами. – А уж тем более, чтобы какая-то Ксения была ещё и беременная от меня.
– Я тебе больше скажу: я в курсе, что ты с ней ездил на конференцию. Это для меня ты ездил один, а на самом деле… Всё, хватит этого спектакля. Хватит!
Я резко отворачиваюсь потому, что хочу уйти, но он делает шаг вперёд, и его руки обвивают меня.
– Пусти!
Вырываюсь, но Максим не отпускает. Наоборот – его объятия становятся железными, почти болезненными.
Он прижимает меня к себе так сильно, что дышать тяжело. Я пытаюсь вывернуться, но он не даёт.
– Ты никуда не пойдёшь! У нас дочь! Вспомни об этом!
– А ты помнил об этом, когда изменял мне?! – практически рыдаю, ослабевая в его руках.
Сил сопротивляться всё меньше.
