Не дожидаясь, когда Майкл закричит во весь голос, он выходит из палаты, уверенный в том, что их удивительная встреча – плод его воображения. Что на самом деле брат крепко спал. Вздохнув, Иэн лезет за ключами от машины в нагрудный карман и достает оттуда нечто неожиданное – червовый туз. Несколько минут назад эту карту ему подсунул кто-то, кто действительно к нему прикоснулся.
Глава 9
Духи всякий пол
Принять способны или оба вместе…
Дж. Мильтон. Потерянный рай"
"Колин в первый раз поцеловал меня, когда я училась на третьем курсе.
Это произошло на трибуне пустого спортивного зала, где мы спрягали французский глагол vouloir. «Хотеть», – перевела я, стараясь чувствовать только жесткое сиденье под собой и не обращать внимания на то, как лицо Колина отражает свет.
Он был просто-напросто самый красивый парень из всех, кого я видела. Он был южанин, со старыми университетскими связями, а я – еврейская девочка с городской окраины. На пожертвования его дедушки функционировала целая кафедра на историческом факультете, а я сама получала стипендию.
Его имя я знала из списков участников субботних футбольных матчей: «КОЛИН УАЙТ, квотербек, 5 фт 11 д, 185 фнт, г. Вена, штат Виргиния». Невзирая ни на холод, ни на собственное невежество в отношении футбола, я смотрела, как он летает по темно-зеленому полю, словно иголка в руке искусной вышивальщицы.
Колин был для меня несбыточной мечтой. Мы происходили из настолько разных миров, что даже мысль о том, чтобы найти точки соприкосновения, казалась нелепой.
Однако, когда тренер футбольной команды позвонил в студенческую службу академической помощи и сказал, что Колина нужно подтянуть по французскому, я сразу же ухватилась за эту возможность. А потом три дня собиралась с духом, чтобы позвонить и назначить время занятия.
Колин оказался безукоризненно вежливым: всегда выдвигал для меня стул и придерживал двери. А еще я ни у кого и никогда не слышала такого ужасного французского.
Он ломал мелодию языка своим виргинским выговором и спотыкался даже на самых простых грамматических формах. Продвигались мы очень медленно, но это меня не огорчало. Я была рада приходить снова и снова.
– Vouloir, – сказала я в тот день, – неправильный глагол.
– Я не могу, – покачал головой Колин. – У меня это никогда не будет получаться так, как у тебя.
Едва ли он мог сказать мне что-нибудь более приятное.
