Мэрайя смотрит в окно, за которым тянутся недавно убранные поля. Вера прижалась носиком к стеклу:
– Мама? А где горы?
– Дома, – бормочет Мэрайя.
Оглядывая обшарпанные домики, из которых состоит поселок Перри, Мэрайя напоминает себе о том, что дареному коню в зубы не смотрят. Они с Верой могли бы разместиться и покомфортабельнее, но Флетчер прав: важнее не светиться. Мэрайя смотрит, как он обходит домик управляющего, стучит, заглядывает в окно. Не дождавшись ответа, пожимает плечами и идет к машине:
– Похоже…
– Могу я вам чем-нибудь помочь? – наконец откликается маленькая старушка, кокетливо выглядывая из-за двери.
– Да, мэм, пожалуйста, – произносит Флетчер, с умноженной силой источая очарование. – Мы с женой хотели бы арендовать один из ваших симпатичных коттеджиков.
С женой?
– Сезон уже закрыт. Извините.
Несколько секунд Флетчер молча смотрит на старушонку, потом говорит:
– Как добрая христианка, вы, конечно же, охотно сделаете для нас исключение, если это угодно Господу.
От неожиданности Мэрайя едва не проглатывает собственный язык.
– Мама, – шепчет Вера с заднего сиденья, – почему он так странно разговаривает?
Мэрайя поворачивает голову:
– Ш-ш-ш… Он играет. Это как спектакль для нас. Чтобы мы посмотрели.
– Иисус велел мне все закрыть первого октября, – говорит женщина.
Флетчер качает головой:
– Это, очевидно, недоразумение, мэм. Потому что мне Он сказал ехать сюда, на озеро Перри, и слушать Его голос.
– Подойдя к старушке поближе, Иэн протягивает ей руку. – Извините, что сразу не представился. Я Хэрри Уолтерс, священник из Луисвилла. А это моя очаровательная жена Мейбел и моя дочка Фрэнсис.
– Фрэнсис – красивое имя. Мою незамужнюю тетушку так звали.
– Нам тоже нравится.
Старушка наклоняет голову набок:
– Так, говорите, вы священник?
– Да. И музыкант. В Кентукки я руковожу большим хором, который исполняет гимны. В этом году Господь навеял мне несколько новых мелодий, прославляющих Его имя.
– Ох, я и сама большая охотница до гимнов. Благое это дело – петь во славу Божию.
– Аминь, мэм, – произносит Флетчер.
Пожилая леди вскидывает руки:
– Кто я такая, чтобы стоять на пути у Господа? Не могу пообещать вам полное обслуживание, но простыни для вас, наверное, найдутся.
Старушка уходит, видимо за ключами, а Иэн Флетчер оборачивается и едва заметно кивает Мэрайе и Вере. Мэрайя хохочет.
