Я понимала, что нужно пригласить маркграфа на обед и чтобы закончить этот разговор с дифирамбами в сторону моей персоны, сказала:
— Ваша светлость, вы останетесь на обед?
— С удовольствием, — сразу же согласился он, и мы пошли по дороге к вилле, обсуждая виноградники и сгоревшую деревню.
— Мне бы хотелось помочь вам в восстановлении деревни, — вдруг сказал он и посмотрел на меня долгим, внимательным взглядом. — Вы разрешите, донна Изабель?
Интересно, что он имеет в виду? Мне, конечно, хотелось принять от него помощь, но позволить я себе этого не могла.
С какой стати? За каждую помощь всегда нужно платить и кто знает, что он потребует от меня? Я девушка молодая, невинная и мне не хотелось быть кому-то обязанной, даже такому мужчине, как Массимо Ногаролла.
— Я благодарю вас, за внимание к моей семье, за помощь в возвращении драгоценностей, но остальное я сделаю сама, — как можно вежливее отказала я и заметила быстрый взгляд Густаво, брошенный на меня. Наверное, ему бы хотелось, чтобы я приняла помощь маркграфа, но нет — это мое решение.
— Я знал, что вы так ответите, — маркграф нисколько не обиделся и даже улыбнулся. — Но все же, нельзя быть такой несговорчивой, донна. Знайте, мое предложение без срока давности и если вы все-таки решитесь принять его — только скажите.
Мне было приятно слышать такие слова и чего греха таить — мне нравился Массимо, но я не была уверена в том, что он не хочет просто поразвлечься с симпатичной девицей, которую можно подкупить мужскими поступками.
Если честно, в это я не очень верила, но зная, какими бывают порой мужчины, не спешила доверять даже самым распрекрасным из них.
Мы вошли во двор виллы, и мое сердце сделало кульбит — красивый экипаж стоял перед самыми ступенями и, имея опыт неприятных визитов, я напряглась. Кто на этот раз?
Но к моему удивлению, маркграф изумленно приподнял брови и протянул:
— Какого черта здесь делает мой экипаж?"
"— Ваш экипаж? — я только сейчас обратила внимание, что на дверце кареты тускло поблескивает герб — серебряный меч, золотая звезда над ним и парочка львов по бокам.
Такой же герб был и на том экипаже, который привез нас с Лучианой из замка маркграфа, а может это был он самый.
Массимо Ногаролла передал поводья Густаво и, быстро поднявшись по ступеням, мы вошли в холл.
— Вербена… — тихо произнес он и прищурился.
— Что это значит? — я недоуменно взглянула на него.