Она пряталась в кабинете, пока не услышала, как ее родные и их гости перешли из гостиной в столовую. Несколько минут просторный холл был пуст, и Ванесса смогла пересечь его и проскользнуть в оранжерею.
В помещении, где росли экзотические растения, сейчас было темно, только через открытую дверь столовой падала дорожка света. Это было идеальное место для подслушивания и даже подсматривания. Рядом с дверью стояло дерево в кадке, за которым Ванесса могла прятаться."
"Сначала она увидела Чарли. Он, конечно, на этот раз был не в обносках, а щеголял в полном блеске своего роскошного одеяния.
Неужели Монти пошел на попятную, разрешив подопечному принарядиться в честь благополучно завершившегося путешествия? Сам Монти в это время как раз объяснял присутствующим, почему Чарли привык носить экстравагантную одежду, украшенную драгоценными камнями. Он давно уже придумал легенду о родителях юноши, пренебрегающих своими обязанностями и искупающих вину перед сыном богатыми подарками. Ванесса надеялась, сестры догадаются, что эти камни ненастоящие! Сегодня вечером Монти был одет по всей форме.
В модном галстуке, с зачесанными назад волосами, он выглядел превосходно. У Ванессы перехватило дыхание, когда она рассматривала его, и она заставила себя сосредоточить внимание на сестрах.
На ее глаза навернулись слезы счастья, когда она наблюдала за ними. Как они выросли! В памяти Ванессы сохранился образ двух девчушек с пухлыми щечками, а сейчас близняшки превратились в юных красавиц, которых было трудно узнать.
Но они так и остались похожими друг на друга как две капли воды. В детстве мать вплетала в волосы Лейлы белые ленты, а в волосы Эмили – розовые. Так она различала дочерей. Возможно, сестры Ванессы до сих пор носили ленты разного цвета.
– Значит, это будет ваш первый светский сезон? – задал вопрос Монти. – Мне жаль молодых джентльменов. Увидев двух одинаковых красавиц, они будут совершенно сбиты с толку.
Это был комплимент. Эмили хихикнула.
– Мы с нетерпением ждем начала сезона, – промолвила она.
– Это будет так интересно, – добавила Лейла.
– Сколько у вас сестер? – спросила Эмили.
Сидевшая во главе стола, спиной к оранжерее, Кэтлин мягко пожурила дочь:
– Ты же обещала не задавать вопросов, дорогая!
Обе девушки покраснели, как будто допустили ужасную оплошность. Ванесса знала, что сестры старались не сердить мать. Монти не ответил на безобидный вопрос Эмили. Ванесса пнула бы его ногой под столом, если бы сидела в столовой.
