Прошлым летом во Фрейзербурге она издалека видела, как обнаженные по пояс шотландцы поднимали и бросали массивные лиственничные шесты, соревнуясь в метании, но Ванессе никогда прежде не доводилось любоваться стоящим совсем близко мужчиной, обладающим столь великолепным телом.
– Как вы получили пулевое ранение? – неожиданно вырвалось вдруг у нее.
Монти повернулся, и она тут же прикусила язык. Ванесса быстро опустила голову, чтобы спрятать лицо в тени капюшона. Но из-под него ей была видна широкая грудь Монти. Она ничего не могла с собой поделать – и стала тайком разглядывать его рельефные мышцы.
Ванесса в конце концов получила то, что хотела. Соглашаясь ночевать в одной комнате с Монти, она мечтала удовлетворить свое любопытство, увидеть, как выглядит красивое мужское тело.
– Почему ты до сих пор не снял плащ? – удивился Монти.
– Здесь сквозняк.
– Неправда, здесь нет никакого сквозняка.
– Но мне будет холодно, я знаю. Вы, наверное, никогда не спали на полу, там всегда дует.
– Я же отдал тебе одеяло, ты не замерзнешь!
– Возьмите его обратно, если хотите, и перестаньте ворчать.
Или вы просто пытаетесь избежать разговора о шраме? Ваше ранение связано с какими-то болезненными воспоминаниями, к которым вам не хочется возвращаться?
– Скажи, в твоей семье все такие упрямые?
– Нет, только я.
Монти усмехнулся, сдаваясь:
– Ну, хорошо, слушай. Во время Пиренейской кампании Наполеона мой полк был отправлен на полуостров, чтобы противостоять французам. Мы должны были отвоевать захваченную территорию, а затем защищать ее.
Я и прежде получал огнестрельные раны, но пустяковые. А тут французская пуля прошила меня насквозь, и я вынужден был несколько недель провести в лазарете. Мое состояние не улучшалось, и поэтому меня отправили домой. Военные медики, скорее всего, полагали, что я не выживу, но дома я все же встал на ноги. Однако когда я поправился, отец заявил, что я дал ему слово не возвращаться на службу. Скорее всего, я бредил, во всяком случае, я не помню такой клятвы. Но переубедить отца мне не удалось.
– Рана все еще ноет?
– Иногда.
Монти поднял руки над головой и повернул туловище из стороны в сторону, словно проверяя, как будет вести себя рана. Внезапно Монти задохнулся от боли.
Ванесса съежилась.
– Что? Болит?
– Неприятные ощущения в спине, а вот грудь никогда не болит, все это чертовски странно, – ответил он. – Обычно мне помогают растирания, но я не могу дотянуться до пулевого отверстия сзади.
У Ванессы перехватило дыхание.
