Почти не дышу. Нельзя. Нужно сыграть этот спектакль до конца. Услышать ликование собственной гордости, если она у меня имеется.
— Пять лет большой срок. Мы оба успели жениться. А ты скоро обзаведешься малышом. Я счастлива за тебя.
На плечи ложатся грубые руки, сжимают плечи, чуть меня встряхнув.
– По-твоему я настолько тупой, что не пойму, что справка липа? Она не может быть беременна.
— Ты врач?
— С такими справками ты тоже можешь лишиться этого статуса. Как тебе вообще пришло в голову так рисковать?! Сейчас, когда ваша клиника выходит на другой уровень.
Сейчас любой внутренний скандал может все разрушить.
— Значит, – обдумываю я его слова. – Даже если бы справка была липой, ты бы не стал подавать в суд.
— Что значит, была бы? — бесится Артур, снова меня встряхивая как куклу. – Кристина не беременна.
— Два месяца назад у вас был половой акт, — напоминаю я.
— Допустим…
— Тогда почему она не может быть беременна? Вы предохранялись? Она тоже пьет таблетки по расписанию?
— Мы пользовались презервативами.
Я всегда ими пользуюсь, — да неужели. — Кроме отдельных случаев. Могу напомнить, каких именно.
Артур наклоняется, обдает мой висок горячим мятным дыханием, а его рука уже расстегивает большие пуговицы на пальто. – Например с одной маленькой девочкой, которая возомнила себя женщиной. Которая бесит до трясучки и вечно рушит мои планы. А ты ведь помнишь, как я не люблю, когда что – то идет не по моему?
Я вцепляюсь ногтями в кожу его запястий, пытаясь остановить, но он словно не чувствует, даже когда на коде проступает кровь.
Словно несущийся на всех порах состав, не замечающий препятствий.
Но мне нужно его остановить, пока все не закончилось крахом моей гордости, пока он не коснулся моего тела, которое независимо от разума тянется к своему хозяину.
— Статусный брак. Ребёнок, который его закрепит. Что же здесь не по плану?
— Я собирался с ней развесить. И разведусь. И эта бумажонка, которую мне сегодня так торжественно тыкали в лицо при ее отце ничего не изменит, — он уже злится, когда я вцепляюсь второй рукой, пытаясь ограничить ему доступ, но он словно с цепи срывается.
Рвет все пуговицы сильным движением и вжимает меня в стену.
— Прекрати! — шиплю ему в лицо, отворачиваюсь, когда его губы так неумолимо приближаются. – Тебе напомнить о наличие жены?! О наличие у меня мужа?!
— Плевать, — резко поворачивает он мое лицо к себе, держа за щеки.
