Перед дверью квартиры я застываю, пытаясь понять, как вести себя с мужем дальше. Продолжать обижаться на него или вспомнить, что большей скотины, чем Артур, не бывает? Что Виталий по крайней мене никогда не пренебрегал мною. И последние события скорее всего, так же как парни в подворотне, подстроены Левицким. А значит нельзя рушить вполне добротный брак, ведясь на провокации дракона.
Вздохнув, я поворачиваю ключ в замке и толкаю дверь, окунаясь в море книг, которые здесь занимают буквально каждый сантиметр.
Квартира вроде бы большая и часто напоминает мне библиотеку. Когда мы выбирали с Виталием жилье, мы сразу думали о том, где разместить его огромную коллекцию. Поэтому выбрали просторную квартиру на пятом этаже обыкновенной девятиэтажки в спальном районе Москвы. Но пространство вскоре заняли полки, полки, полки, и появилось ощущение, что я снова в однокомнатной хрущевке с матерью. Разве что теперь никто не тычет мою голову в книгу и не бьет.
— Диана? Привет… Что с тобой? – волнение на его лице не поддельное и, надо сказать, очень приятное.
– На тебя напали? Изнасиловали?
Он тут же подбегает, ощупывает, пытается задирать юбку, но я отстраняю мужа, успокаиваю.
— Пытались обворовать и… — в голову приходит шальная мысль. Скорее всего пять лет назад я бы даже не подумала соврать. – Мне кажется, это ребята Левицкого. Я узнала одного из них.
Виталий снимает с меня туфли, поднимает голову.
— А зачем ему нанимать кого-то? Они угрожали тебе?
- Не успели, я ударила одного из них коленом в пах.
— Ну так, откуда тебе знать. Не придумывай.
Да, получилось не слишком убедительно, но его слепое доверие в Левицкого порядком раздражает. Хотя он и заботливый. Отвел меня в душ, раздел, осмотрел, сам настроил воду. Вот только все эти телодвижения настолько напоминали врачебные, что безумно раздражали.
Хочется оттолкнуть его, и я почти так и делаю, когда он берется за мочалку.
— Дальше я сама. Спасибо.
— Ты сможешь их описать? Вызвать полицию?
Ага, только потом Левицкий все равно их вытащит.
Но хоть проблем ему доставлю. Все равно приятно.
— Один высокий был. Другой низкий. Они братья вроде бы. Одного зовут Пахан.
— Пахан? Это что за имя такое?
— Это кличка. У нас в России такие не редкость.
— Ну тогда сейчас собирайся, поедем в отделение. Если, конечно, хочешь. Может, мы просто забудем об этом. Я тебе не раз говорил, думать о прошлом – это как пытаться напилить опилки.
— А они уже напилены.
