По ощущениям в молчаливом ожидании проходит около пары часов, за которые я окончательно трезвею. Мы слишком напуганы, чтобы болтать. Но я благодарна подруге, за то, что она хотя бы вслух не обвиняет меня в случившемся.
Когда наконец-то удаётся задремать на неудобном стуле, дверь открывается и возвращается Долговязый. Мрачно осматривает нас и громко произносит:
— На выход.
— Куда Вы нас ведёте? — испуганно спрашиваю, прижимая руки к груди. Неужели и правда насиловать будут.
— Свободны. Просим прощения, вышло недоразумение.
— Недоразумение? — возмущённо говорю я.
— Недоразумение, — повторяет, кивая полицейский, — Вас задержали до выяснения обстоятельств. Статья двадцать семь пункт пять. Сейчас свободны.
Разворачивается и выходит
Ничего не понимая, бредём по коридору за ним. На выходе выдают наши вещи, и мы во всей красе вываливаемся на улицу.
Надо срочно вызвать такси."
"Хочу домой, поскорее снять это дурацкое платье и смыть с себя запах отделения.
До сих пор не верю в то, что нас отпустили и этот ужас закончился.
Да куда делся этот телефон? Стараюсь выловить его со дна сумки.
— Насть, — тихо произносит Ксюша и головой кивает в сторону небольшой стоянки.
Перевожу взгляд в том же направлении и замираю. Возле знакомого «БМВ» две больших мужских фигуры. И одна из них до мелочей мне знакома.
Чёрт.
Подходим к мужчинам ближе. Просто глупо будет не подойти, учитывая, что теперь стало понятно, почему нас так быстро отпустили.
Андрей в черном спортивном костюме и кроссовках стоит, прислонившись к капоту машины.
На лице играют скулы, губы сжаты. Рассмотрев в подробностях мой помявшийся наряд, с обманчивым спокойствием произносит:
— Уже нагулялась?
Глава 18. Настя
Его глаза прожигают насквозь, а тон щёлкает по носу издёвкой. У меня нет сил. Противостоять, оправдываться.
Вообще что-то говорить.
Взгляд Андрея скользит по вырезу моего платья на левом бедре. Знаю, что это слишком. Даже для меня. Только, пожалуйста, не надо меня отчитывать сейчас.
Из его рта вылетает смачное: «Блядь».
Ноздри раздуваются от напряжения.
За всей картиной, сложив руки на груди, мрачно наблюдает Глеб. Если честно, я вообще не помню его улыбающимся. Ксюша стоит рядом со мной, белая как моль.
Андрей расстёгивает замок спортивной кофты и кидает её в меня.
— Оденься, — холодно приказывает, — Глеб, ты домой? Подкинешь Ксению?! Тебе должно быть по пути, — обращается уже к брату.
Старший Громов скептически обшаривает взглядом мою подругу.
