Какого хрена она их увеличила? Нет, с одной стороны, мне это очень даже зашло. Сразу представил их на своём члене. И умер.
Умываю лицо холодной водой. Как вообще Настя ведёт дела в своём долбанном агентстве? Сколько людей она уже съела?
Там что при входе огнетушители раздают?
«Добро пожаловать, возьмите, пожалуйста — это на случай атомной войны в кабинете нашего руководителя».
Ржу над собственной шуткой, отправляясь в гостиную.
Праздничный обед проходит за разговором. Нина Ивановна, мама Лизы, рассказывает о своём путешествии по Европе.
Женщины заняты обсуждением, я пытаюсь не заснуть в тарелке с салатом.
Веселимся.
— Андрей, — обращает на меня внимание мама, — Лиза недавно вернулась из Москвы. Закончила МГУ с красным дипломом финансиста, такая умничка, представляешь? Сейчас в поисках работы, может у тебя есть подходящее место?
Смотрю на маму, перевожу взгляд на покрасневшую Лизу.
Мило.
— Так сразу не скажу, я не занимаюсь этими вопросами, ты же знаешь, — говорю маме разглядывая на девушку.
— Ну вот и узнай, обменяйтесь телефонами, — продолжает настаивать мама.
— Хорошо, без проблем.
Достаю из кармана пиджака визитку. Протягивая её Лизе, предлагаю:
— Позвони мне в понедельник, обсудим.
Примерно через час гости уходят.
Лиза показалась мне скромной, тихой девушкой. Стройная, вся такая миниатюрная, воспитанная. За весь обед не сказала и пары слов, только смотрела на меня снизу вверх, словно ждала, что наброшусь на неё прямо здесь.
Чувствую себя серым волком.
Мама разглядывает серьги, которые я принёс из ювелирки. Они из белого золота, с бриллиантами.
— Спасибо, сын. Они чудесные, — её глаза блестят от удовольствия. — Не стоило. Опять балуешь меня. Твой папа всегда дарил мне украшения, и ты помогаешь мне не забывать о нём.
Всегда вспоминает об отце. Её любовь, преданность и уважение к нему спустя семнадцать лет после смерти восхищают и бьют в самую больную точку моего сердца.
Я никогда не слышал ссор в родительском доме.
Если маму что-то не устраивало, она говорила с отцом наедине, в его кабинете.
При посторонних людях называла его только по имени-отчеству.
Константин Борисович, и никак иначе. Всегда.
Это похоже на нашу с Настей семейную жизнь также, как мой «БМВ» похож на «Ладу Ларгус» в последнем кузове. Несмотря на это, я каждый раз вспоминаю бывшую жену со смесью ярости и вожделения.
Одновременно хочется её убить и трахнуть. И у меня уже созрел план, как сделать второе…
Глава 7.
