Каждый раз, как я вспоминаю её блядскую юбку, чувствую дискомфорт в штанах, а кровь нагревается в венах."
"Когда увидел её губы, вообще думал взорвусь. Какого хрена она их увеличила? Нет, с одной стороны, мне это очень даже зашло. Сразу представил их на своём члене. Бл*ть.
Умываю лицо холодной водой. Вспоминаю, как эта деловая леди вынесла мне мозг в пятницу. Как вообще она ведёт дела в своём долбанном агентстве? Сколько людей она уже съела? Там что при входе огнетушители раздают? ""Добро пожаловать, возьмите пожалуйста — это на случай атомной войны в кабинете нашего руководителя"".
Ржу над собственной шуткой, проходя в гостиную.
Праздничный обед плывёт за разговором. Нина Ивановна, мама Лизы, рассказывает о своём путешествии по Европе. Женщины заняты обсуждением, я пытаюсь не заснуть в тарелке с салатом. Веселимся.
- Андрей, - обращает на меня внимание мама, -Лиза недавно вернулась из Москвы. Закончила МГУ с красным дипломом финансиста, такая умничка, представляешь? Сейчас в поисках работы, может у тебя есть подходящее место?
Смотрю на маму, перевожу взгляд на покрасневшую Лизу.
Мило.
- Так сразу не скажу, я не занимаюсь этими вопросами, ты же знаешь - говорю маме разглядывая на девушку.
- Ну вот и узнай, обменяйтесь телефонами, - продолжает настаивать мама.
- Хорошо, без проблем.
Достаю из кармана пиджака визитку. Протягивая её Лизе, говорю:
- Позвони мне в понедельник, обсудим.
Примерно через час гости уходят. Лиза показалась мне скромной, тихой девушкой. Стройная, вся такая миниатюрная, воспитанная.
За весь обед не сказала и пары слов, только смотрела на меня снизу вверх, словно ждала, что наброшусь на неё прямо здесь. Чувствую себя серым волком.
Мама разглядывает серьги, которые я принёс из ювелирки. Они из белого золота, с бриллиантами.
- Спасибо, сын. Они чудесные, - Её глаза блестят от удовольствия. - Не стоило. Опять балуешь меня.
Твой папа всегда дарил мне украшения, и ты помогаешь мне не забывать о нём.
Она всегда вспоминает об отце.
Её любовь, преданность и уважение к нему спустя семнадцать лет после его смерти восхищают и бьют в самую больную точку моего сердца.
Я никогда не слышал ссор в родительском доме. Если маму что-то не устраивало, она говорила с отцом наедине, в его кабинете. При посторонних людях называла его только по имени-отчеству. Константин Борисович, и никак иначе. Всегда.
Это похоже на нашу с Настей семейную жизнь также, как мой БМВ похож на Ладу Ларгус в последнем кузове.
