А Егор смеётся, и мне хочется его стукнуть.
— Я пошутил, Конфета. Топай, тёть Оля заждалась уже, наверное, котлет нажарила. Имей ввиду, я приду на ужин, так и передай.
— Хорошо, — улыбаюсь. — Звони.
Я выхожу из машины у своих ворот, а Егор проезжает чуть дальше к своему гаражу. Чувствую лёгкость, с облегчением отмечая, что всё, вроде бы, вернулось на круги своя. Я протрезвела, а Вертинский тактично пропустил мой пьяный бред мимо ушей.
Сегодня суббота, у мамы выходной, а отец ещё в рейсе. Он сопровождает какие-то серьёзные грузы на корабле, и дома бывает отсутствует по два-три месяца.
Едва вхожу домой, сразу ощущаю, как рот наполняется слюной от умопомрачительных запахов из кухни.
Моя мама любит готовить, для неё кухня — площадка для творчества и самореализации, она даже книгу собирается издать с рецептами и завела свой канал на Ютубе. Егор часто к нам на завтрак или ужин захаживал раньше, да и сейчас не прочь. Его мама готовит нечасто. Она бизнес-леди и много работает.
Отца у него нет. Точнее есть, но с семьёй не живёт.
Ушел, когда Егору было два. Он вроде даже какая-то большая шишка, но с сыном отношения не поддерживает, подарок на день рождения — максимум их взаимодействия. Поэтому его маме было несладко. Она вынуждена много работать, чтобы содержать достойно себя и сына.
Сам Вертинский тоже работает, ещё с десятого класса помогает в местной автомастерской. Дядя Саша, хозяин, говорит, что у Егора талант к этому делу, машины ему открывают свои секреты и слушаются, стоит только тому прикоснуться.
— Юля, я думала, ты будешь позже, — мама выходит из кухни, отирая руки о маленькое полотенце.
— А я раньше, — улыбаюсь и целую её.
Чувствую вину за то, что соврала насчёт сегодняшних занятий.
Вчера перед тусовкой я ещё успела съездить домой. Хотелось спокойно принять ванную, поболтать с мамой, бабушка приезжала. Родителям, правда, пришлось наврать, что в субботу нужно на тренировку, а у меня порвались кеды, нужно взять из дому другие. Врать некрасиво, конечно, но кто из нас не врёт? Если бы я сказала, что иду на студенческую тусу, мама с бабушкой легли бы в дверях, чтобы уберечь чадо от растления, наркотиков, алкоголя, ЗППП и прочих ужасов вечеринок.
Так что, как говорится, и кони целы, и волки сыты.
Но лучше бы они меня вчера всё же не пустили.
Я мою руки и сразу сажусь за стол. Мама действительно наготовила кучу всего.
— Только пирог не успела, — сетует, — вынимая горячий из духовки и протыкая деревянной палочкой. — Не готов ещё, ждать придётся.
