Были бы у него костыли, он бы ушел на них. Но их нет, а на одной ноге далеко не ускачешь. Да и в больничном вестибюле дежурит мент, который ни за что его не выпустит. Саня здесь на особом учете, потому что по его душу приходил следователь. Дело не завели, но под надзор взяли. А через окно вниз с простреленной ногой не сиганешь, да и решетки на них.
Тревога оказалась напрасной. В палату на носилках привезли больного. Медсестра быстро приготовила под погрузку кровать, а санитары уложили на нее парня с перебинтованной ногой.
Он был в одних трусах, потому медсестра тут же укрыла его простыней.
– Спасибо, милая! – поблагодарил парень. – Еще бы сигару и бокал с виски…
– Могу только стакан касторки дать, – засмеялась молодая женщина, глянув на Саню, чтобы тот оценил ее остроумие.
– Ну, это мы завсегда успеем!.. Ой-е, мне бы морфия чуток, – поморщился пациент. – А то болеть начинает…
– Наркоз отходит."
"– Вот и я о том же… Вы бы мне укольчик организовали, а я потом отблагодарю. Скоро ребята подъедут, они все привезут…
Парню было на вид лет двадцать пять.
Мощный он, широкоплечий, голова крупная, черты лица будто стесанные, как у борца, которого часто возили мордой по жесткому полу. Чувствовалась в нем внутренняя раскованность, и язык у него хорошо подвешен. Но наглости в нем в меру, а хамства не просматривалось вообще. И к медсестре он обратился на «вы», хотя та была немногим старше его.
– Я у врача спрошу, – пообещала медсестра, скрываясь за дверью.
– Давай, родная, давай…
Какое-то время парень лежал, думая о чем-то своем, затем повернулся к Сане, с интересом посмотрел на него.
– Мне сказали, что у моего соседа тоже огнестрел.
Саня кивнул и приподнял край простыни, показав перебинтованную ногу.
– Чего так?
– В чужой огород неудачно зашел, – усмехнулся Саня.
– Из ружья подстрелили?
– Из ружья.
– А лицо чего разбито?
– Упал.
– Что, парашют не раскрылся? – Парень многозначительно посмотрел на его обнаженное плечо. Эмблема ВДВ там и девиз – «Никто, кроме нас».
– Да нет, парашют раскрывался…
– Где служил?
– Тульская дивизия ВДВ.
– Серьезное дело… В Чечню гоняли?
– Было дело.
– И как там, стреляют?
– Когда как.
– Понятно… Кстати, меня Олегом зовут.
– Саня.
– Боевой ты пацан, Саня… Нога болит?
– Ноет.
– И у меня… Знаешь, я в этой жизни ничего не боюсь. Надо будет, на любое дело пойду. Ну, без парашюта, например, прыгнуть или на красный свет светофора перейти. И боли, в общем-то, не боюсь. Ну, если укол, там, сделать, кровь из пальца взять.
