Я вдруг почувствовала странное покалывание в свободной от пылесоса руке. Опустив глаза, я увидела, что эта рука плавает… прямо в середине сгустка искажённой магии! Но он точно только что был в стороне от меня! Неужто он может самостоятельно передвигаться в пространстве?
Я дёрнула рукой, но она увязла и освободить её с первой попытки не получилось. А потом случилось кое-что интересное.
Верещащий дар внутри, взбулькнув, затих, а мне стало так легко, так хорошо… Облегчение было таким мощным, что аж захотелось присесть на пол.
Будто гора с плеч! До этого я и не замечала, насколько была напряжена. Видимо, подсознание продолжало сопротивляться дару, и борьба шла непрерывно, по капле вытягивая силы.
Внезапно руку на мгновение обожгло, а потом браслет, который выдал мне Пырщ, разжижился и стёк вниз, на пол. Стало ещё легче, хоть, казалось, это невозможно."
"Эй, а так ли просто всё было с этим браслетом? Пырщ настаивал, что аксессуар мне поможет, но, похоже, на деле браслет вовсе не облегчал мне управление даром.
Думаю, он, напротив, нужен был, чтобы ослабить меня и укрепить дар! Белобрысый гад ведь заинтересован в том, чтобы я, вконец измучившись, приняла его предложение…
Я внезапно воспылала к сгустку искажённой магии симпатией.
– Спасибо тебе, друг, – прошептала я и вдруг поняла, что вполне могу шевелить пальцами. По руке до предплечья прошло приятное щекочущее ощущение, а потом сгусток… посветлел и будто бы даже слегка порозовел. Ого, похоже, он реагирует на моё отношение!
Я поставила на пол пылесос и аккуратно погладила искажение второй рукой, уже сознательно направляя в сгусток положительные эмоции.
Он стал ещё светлее.
Внезапно сбоку злобно рыкнули, и я боковым взглядом ухватила что-то вроде летящей на меня чёрной кляксы. Я успела отшатнуться, а в следующий миг вдруг почувствовала что-то гладкое и увесистое в руке, которая до этого находилась в сгустке.
Ещё не успев толком сообразить, что делаю, я автоматически отмахнулась от следующей атаки зубастого порождения тьмы… огромной дубиной!
Эй, а ведь у меня как раз только что скользнуло неоформленное сожаление, что нет чего-нибудь умеренно тяжёлого для обороны…
С влажным чавком врезавшись в дубину, клякса разлетелась на ошмётки.
Однако тут же из комнаты вылетело ещё несколько агрессивно настроенных чёрных шаров.
– Эх, дубиной мне не справиться! – с сожалением признала я, становясь в стойку и готовясь сражаться до последнего.
