– Что тут произошло?! Что с девочкой?!
– Я пытался её спасти… – шепеляво прокрякал он. – Но видимо, уже поздно… Дар впитался…
Вот лжец! Вовсе не спасти он меня хотел – это я точно знаю!
Это стало последней мыслью.
Потом сознание отключилось.
Глава 3
В себя я приходила медленно. Тело ломило, подташнивало, внутри разливалась слабость.
Глаза получилось открыть далеко не сразу.
Судя по потолку, я в другом помещении. Из квартиры меня, значит, унесли."
"Надо мной стояли двое: печально знакомый белёсый тип и ещё какая-то женщина, которая выглядела возмутительно обыкновенно.
Она походила то ли на главного бухгалтера, то ли на какую-нибудь заведующую.
Поймав мой взгляд, она сообщила сухим деловитым голосом:
– Маргарита Вилонова, вы теперь не человек, а маг. Если, конечно, пройдёте процедуру адаптации. Вот ваш куратор, который за этим проследит. Вы должны слушаться его безоговорочно.
Она указала на белёсого типа. Я обратила внимание, что он выглядел хоть и чуть встрёпанным, но вполне здоровым. И злорадно ухмыляющимся.
Ох, чую, припомнит он мне прилетевшую в зубы вазочку…
– А другой куратор есть? – прошепелявила я с трудом. Пить хотелось страшно.
Женщина глянула на меня неприязненно.
– Нет! – отрезала она. – Вам крупно повезло, что именно уважаемый глава отдела по расследованию злоупотреблений магией будет лично вами заниматься! Советую слушаться его безоговорочно, если дорожите жизнью. Он введёт вас в курс дела.
Она ещё раз глянула на меня с некоторой даже брезгливостью и быстро ушла, оставив нас наедине.
Я ожидала, что после её ухода этот гадкий тип снова вернётся к своим угрозам или даже попытается опять напасть, но нет. Он будто и в самом деле собрался выполнять свои обязанности, поскольку расправил плечи и соизволил представиться:
– Фабус Пырщ.
– Прыщ? – удивлённо переспросила я, не расслышав. Ох, зря! Возможно, до этого момента ещё был шанс наладить контакт, но теперь я своими руками этот шанс уничтожила.
– ПЫрщ, – сквозь зубы процедил высокомерный тип, которого перекосило так, будто я его любимую вазу с ночным горшком перепутала.
– И я прощаю тебе оговорку в первый и последний раз!
И таким холодом от него пахнуло! Внезапно я поняла, что обрела врага. Настоящего, всамделишного. Нет, никогда мы не подружимся.
И лучше обдумывать каждое слово, сказанное в его присутствии. Ишь напыжился, как будто у него живот пучит!
Однако, стоит отдать ему должное, в руки он себя взял довольно быстро. Лицо снова стало ровным, а голос сухим, но спокойным.
