— Или чересчур? Хотя молчи, если чересчур! Он меня покорил, ничего не могу поделать с тобой.
— Он симпатичный, — усмехнулся Алексей и нажал кнопку еще раз, с интересом наблюдая, как бутон складывается обратно. — Но, если мне когда-нибудь понравится дикая вещь, ты не скажешь и слова против.
— Хорошо, — я кивнула и коснулась ворота его рубашки. — Тебе уже в офис?
— Я ненадолго, только подпишем с Соколовским бумаги. Он долго торговался, пришлось накинуть один фонд, но он согласился на долю Красова.
Я улыбнулась ему.
— Я слишком дорого тебе обхожусь, — подшутила я.
Я знаю, что Леше плевать, что о нем пишут в прессе. Он занялся имиджем только перед корейским контрактом, чтобы хоть немного подправить картинку, а так он не обращает внимание на заголовки. Но он готов охранять мою нервную систему. Поэтому Соколовский получит десятки миллионов.
— Хорошо, что ты это понимаешь, — он хитро прищурился и поймал меня за талию. — У меня много встречных требований.
— Ох, господи. Например?
— Кофе, — выдохнул Макаров, из последних сил сохраняя серьезное лицо.
— Ты лучше всех варишь кофе.
— Пойдем.
Я вывернулась из его сильных рук и потянула за собой на кухню. Я редко готовлю, тут я не стала пытаться перестроить питание Леши на домашнее, но коронные блюда и кофе — тут меня не надо долго просить. Кофемашина, которая стоит на широком подоконнике, скоро покроется толстым слоем пыли.
Именно такие мелочи мне больше всего и нравятся. Обычно я кружусь с туркой, в которую отмеряю нужное количество перемолотых зерен, а Леша стоит рядом.
У него даже поза одна и та же. Я ее называю “домашний Макаров”. Обычно он упирается одним бедром в край столешницы, повернувшись к ней боком, и смотрит поверх сотового на меня. Он то хитро, то обаятельно улыбается с волнующим подтекстом, из-за чего я даже в домашней пижаме чувствую себя роковой красоткой.
— Знаешь, что я тут подумал, — бросил Макаров, зайдя мне за спину.
Он обнял меня, давая прочувствовать свое мощное каменное тело, и наклонил голову. У меня немного закружилась голова от его близости, я порой до удивительного остро реагировала на его прикосновения.
Я все ждала момент, когда он уже залюбит и заласкает меня, но получалось только наоборот. Аппетит приходит во время еды, это точно.
— Я хочу белый костюм, — добавил он.
— Белый костюм? — я нахмурилась, не понимая о чем он, а когда поняла, порывисто обернулась и ударила его плечом в грудь.
Макаров ахнул и сделал такое лицо, словно я могу как-то поранить его стальные мышцы.
