Мои люди имеют работать незаметно, но я подумал, что мы найдем взаимопонимание.
— И что они будут делать? Дежурить под окнами?
Станислав кивает.
— Сопровождать вас, отсекать ненужное внимание. От той же прессы, если она все-таки появится.
— Вы умеете бить в слабые точки.
— Это часть моей неблагодарной работы. Вам ничего не угрожает, но береженого бог бережет. Артур до сих пор в клинике, и он останется там, пока не останется сомнений в его безобидности.
Это я тоже успела выяснить, пока была в доме Макарова.
Я записала название клиники, в которую положили Артура, и навела справки. Я дозвонилась до его лечащего доктора, который сразу понял кто я и позабыл о такой “безделице”, как врачебная тайна. Мне даже не пришлось задавать вопросы, я получила полный отчет молниеносно.
— Он придет в норму, — говорю охраннику.
— Все придет в норму, — соглашается Станислав. — Всего месяц, Ирина, и мои люди уедут, если все будет тихо.
Я смотрю на череду огромных торговых центров, которые пролетают справа.
— Но я не хочу видеть их. Пусть будут, но не привлекают внимание.
— Спасибо, — выдыхает Станислав.
Через пару часов мы останавливаемся у большой автозаправки с кофейней. Я иду за картонными стаканчиками для меня и Станислава, захватываю кексы и получаю еще одно письмо от ассистента на обратном пути из магазинчика.
Это уже начинает напоминать развод с разделом имущества.
Подписанный договор есть.
Юридическая консультация есть.
Список имущества прилагается.
Только в нашем случае вместо имущества живые деньги.
Из письма следует, что Макаров открыл счет на мое имя.
Боже.
Сумма сумасшедшая…
Она повторяется в смс-ке от банка, которая прилетает следом.
— Какой мой? — спрашивает Станислав, привлекая мое внимание, и указывает на подставку с двумя стаканчиками.
— Который меньше, — я протягиваю подставку поближе к нему. — Американо без сахара, как вы просили.
— А что у вас?
— Диабет, — я улыбаюсь и закидываю сотовый в карман пиджака. — Американо с шоколадным сиропом и шоколадным топингом.
Станислав реагирует на мою шутку. Уголки его губ трогает намёк на лёгкую улыбку.
Ну хоть что-то.
Мне сейчас нужно нормальное человеческое общение.
Мне уже легче дышится. Вокруг простор придорожного пейзажа, нет никаких роскошных домов или офисных интерьеров крутой корпорации. Или лучшего в Москве салона красоты.
Нужно думать о произошедшем как об экскурсии. Посмотрела как живут влиятельные и богатые, но пора и честь знать.
