На шее – Бабкин не сразу рассмотрел – болталась сушеная лисья лапка на серебряной цепочке.
Однако и лохмотья, и лапка, и нелепая розовая помада, размазанная мимо контура губ – все это быстро переставало иметь значение. От Кармелиты исходила мощная сила. Как ни обзывай ее, харизмой или энергетикой (второе слово Бабкин не любил), но певица обладала ею в избытке.
– Липосакцию? – Балерина высоко вздернула трафаретные брови. – Кармелочка, мои убеждения не позволяют мне уродовать свое тело хирургически.
Все мы – творения господа, и только он…
– Бла-бла-бла! – хрипло перебила Кармелита. – Кто-нибудь, заткните эту проповедницу шпинатом!
Вокруг засмеялись. К удивлению Бабкина, по лицу балерины тоже скользнула одухотворенная улыбка."
"– Шпинат и тебе бы не повредил, – нежно заметила она. – А то проломишь у Богдана ступеньку, как в прошлый раз на Муз-Премии.
Эту историю Сергей помнил. Острый тонкий каблук Кармелиты прорвал ковровую дорожку, которой были покрыты ступеньки, ведущие на сцену, и бедная певица пару минут судорожно дергалась, пытаясь высвободиться из плена, пока ей не помогла охрана под сдержанные смешки из зала.
А Медведкина-то, оказывается, не так уж беззлобна.
На стол между тем и в самом деле водрузили гигантское блюдо, в котором было навалено грудой что-то темно-зеленое, отдаленно напоминающее скисшие водоросли. Балерина, обрадовавшись, принялась уплетать шпинат, а Бабкин подавил вздох: от запахов гамбургеров и картошки у него разыгрался аппетит.
Перед ним взмахивал вилкой Джоник. Свои тяжеленные цепи он перед началом трапезы перебросил на спину, и теперь у него между лопаток свисал золотой крест. Рядом с Бабкиным возвышался второй охранник, Жора. Вот уж кто неподдельный телохранитель, с массивной квадратной челюстью и такой сложной конфигурацией многократно переломанного носа, что при одном взгляде на него хочется отодвинуться.
С Жорой Бабкин не успел перемолвиться ни единым словом: парень кивнул ему, как знакомому, и дальше только жестами показывал, где нужно стоять.
Где-где. За плечом у Джоника, вот где.
«Мы здесь как два гранатомета посреди клумбы с нарциссами, – мрачно думал Сергей. – И с чего этот мелкий дрищ взял, что его администратор рискнет при патроне тискаться с каким-то парнем по углам?»
Он снова пристально взглянул на того, за кем ему предстояло следить ближайшие сутки.
Андрей Решетников.
