– Я даже не успел проследить за этим небритым красавчиком.
– Я не об этом.
– Нет, Макар, извини. Ни малейших предположений, с кем связался Решетников. Если связался.
– «Если связался»… – эхом откликнулся Илюшин. – Ладно, иди потроши телохранителя. Может, от него что-нибудь узнаем.
4– Меня бабка воспитывала. Одну фразу мне часто твердила. – Жора прислонился к подоконнику и закурил, выпуская дым в приоткрытое окно.
Когда-то Маша сказала Сергею об их общей знакомой, что когда та говорит, кажется, будто слова у нее изо рта вылетают в виде мыльных пузырей и поднимаются в облака.
Бабкин рассмеялся. Жена зарабатывала на жизнь тем, что сочиняла сценарии для детской передачи. «Профессионально развитое воображение – страшная вещь!» – пошутил Сергей."
"«А кто-то, когда говорит, словно бросается мячиками, – сказала в ответ Маша. – И они потом упруго скачут по комнате. А другие льют воду, она течет и течет, у одних прозрачная, у других мутная и грязная. Третьи что ни брякнут, у них с губ валятся жабы – помнишь, как в сказке? У четвертых все слова острые.
Даже самые безобидные могут порезать».
«А у меня?» – насторожился Сергей.
Вместо ответа Маша приподнялась на цыпочки и поцеловала его.
О Машином наблюдении Бабкин и вспомнил, наблюдая за Жорой.
Телохранитель говорил медленно, скупо роняя слова и словно раздумывая, стоит ли выпускать их на свободу. Каждое падало, точно камень, с тяжелым стуком.
– Какую фразу? – спросил Сергей.
– «Если человек ведет себя плохо, это не он плохой.
Это ему плохо».
Жора стряхнул пепел за окно и туда же щелчком отправил окурок.
– Бабка, царствие ей небесное, семь лет как померла. А то бы я ей рассказал, какие бывают люди.
– И какие же?
– Подонки. Которым по кайфу, когда они ведут себя паршиво. Я на таких насмотрелся, пока на Джоника работал. А сам Баширов – первый из них. Упыри. Мы с тобой в гнезде упырей.
Он ссутулился. Белая рубашка повисла пузырем на груди.
Бабкин поразмыслил немного и тоже достал из кармана сигареты.
Он не курил, но всегда таскал с собой пачку, по опыту зная, что нет ничего лучше, чтобы разговорить собеседника.
В глазах Жоры мелькнул интерес.
– Ого, «Беломорканал»! Настоящие?
– Да ну, какое там. Нынешние.
Пащенко вздохнул, однако предложенную сигарету принял. Дав Бабкину прикурить, он распахнул шире окно и с тоскливой обреченностью уставился на дальние огоньки домов.
– А скажи мне вот что, Жора.
