Под офис я предпочел небоскребу-муравейнику кое-что более масштабное, а именно — помещение, где раньше занимались крупной промышленностью.
Выбор пал на бывший фаянсовый завод, принадлежащий ранее известной в определенных кругах чете Елагиных. Высокие потолки, колонны, грубо отделанные кирпичные стены — это все не важно.
Для меня главное масштабность места, поэтому все было переделано в кратчайший срок, как только я стал полноправным и единственным хозяином фабрики. Помещение полностью соответствовало моему характеру.
Все рационально, сдержанно, в темной бетонно-серой цветовой гамме.
Дизайнер постарался на славу, верно оценив характер и род деятельности нового предприятия. Каждая мелочь и штрих продуманны до миллиметра, даже освещение расположено так, чтобы внимание гостя, либо служащего, было устремленно на ключевое звено, то есть босса.
Я — консерватор до мозга костей, был и навсегда им останусь. Нет ничего лучше, чем то, что проверено временем, но и в крайности не стоит впадать, поэтому составляющая техники, однозначно, только лишь передовая.
Из многочисленных проектов я остановился на том, где была представлена отделка стен шпонированными панелями, стол посреди кабинета и паркетный пол, который украшает добротный ковер.
Для себя сразу же отметил и высокие шкафы до потолка, длинные светильники, невысокий журнальный стол и пару мягких кресел для посетителей. Все материалы исключительно кожа и дорогостоящие породы дерева. Естественно, все в едином стиле и цветовой гамме. Меня никогда не волновал пафос.
Главный критерий заключался в том, чтобы кабинет был технически обустроен с учетом последних новинок и тенденций. Имидж — дело тонкое. С ненавистью сжимаю кулаки так, что костяшки пальцев белеют.
Обычно мне вполне достаточно несколько минут для анализа ситуации, чтобы принять верное решение. Сложные задачи всегда вызывали у меня азарт и жажду победы, но сейчас это кажется чем-то нереальным, вроде издевательской шутки.
Разум просто отказывается рационально мыслить. Проклятые эмоции то и дело прорываются сквозь тщательно выстроенную баррикаду выдержки.
Поправляю узел тонкого стильного галстука, что удушающим кольцом обхватывает шею, словно питон. Резким движением ослабляю его, а затем одним нажатием пальцев на специальной встроенной в стол панели, активирую прохладный воздух в кондиционере. В бешенстве провожу пятерней по прядям волос, от чего они становятся торчком.
Всего через каких-то две недели эта паскуда, Лазарев, запустит проект.
