Или правильнее сказать Сотников… Ещё в самые первые дни, когда я узнала о беременности, сразу же для себя все решила. Малыша назову в честь отца. Наследник Садулаевых. Как только решаю, что нет ничего такого, если отвечу бортпроводнице, замечаю появившуюся в проходе пару. Узнавание происходит мгновенно — Садулаев со своей невестой. Камилла, что-то рассказывает моему бывшему, не отводя преданного взгляда от мужественного лица. В отличие от женщины, Давид, кажется, мысленно далеко от своей невесты. Когда он замечает меня, темные глаза словно оживают.
Камилла протягивает руку и в собственническом жесте оускает ладонь на локоть Давида. Я отворачиваюсь. Не хочу смотреть и не буду.
— Я принесу вам плед и чай, — Ксения, а именно так зовут бортпроводницу, судя по имени на бейдже, удаляется. Тяжело сглатываю ставшую вязкой слюну. — Спасибо, — шепчу в ответ, еле разлепив губы, совершенно не отдавая отчета тому, что мой ответ ушел в никуда, поскольку стюардесса уже ушла. На кончике языка четко ощущается горечь.
Сегодня залью ее горячим чаем и заем вкусным бельгийским шоколадом или какой здесь подают, а затем выгоню из себя эту гадостную ревность банальными семейными комедиями. Тянусь к пульту от встроенного монитора мультимедийной развлекательной системы. Прежде чем бездумно ткнуть на первый попавшийся фильм, делаю вид, что усердно изучаю новинки кинематографа.
В какое-то мгновение мне даже кажется, что я вполне успешно отвлеклась, пока не слышу негромкий, с нотами возмущения шепот Камиллы: — А она что здесь делает?! Ее место в экономе.
Я не могу различить, что именно ответил Давид. До моего слуха лишь доносится звук его спокойного тембра. Любопытство бессовестно подстрекает меня к тому, чтобы обернуться, но я с силой собираю волю в кулак.
Вот дрянь! Посмотрела бы я на тебя, останься ты сиротой без гроша в кармане.
«Нет, я совсем не давлю на жалость, — оправдываюсь перед самой собой. — Оно само нажалось…» Выбившиеся из французской косы прядки то и дело лезут в глаза, и я тянусь к сумочке.
Все, чего я хочу, найти в этом бермудском треугольнике расчёску и желательно небольшое зеркальце, что я в попыхах закинула рано утром следом за остальными мелочами, что так необходимы в дороге. Оп, а вот и оно! Пальцы скользят по гладкой поверхности и, приловчившись, я вынимаю на свет небольшой складной футляр квадрантной формы. Первое, на что я обращаю внимание в отражении зеркала — это зеленые глаза, в которых слезы и отражается прошлое.
