Оно увеличивает их.
– Привет, – услышала я его низкий баритон.
– Привет, – прошептала я, боясь, что кто-то меня услышит. Я ни с кем не разговаривала, кроме него, но по какой-то причине, когда он был поблизости, мне нужно было поговорить – привлечь его внимание. Хотя я все еще не до конца понимала почему, особенно сейчас. Я рисковала новыми, значимыми друзьями из-за кого-то, кто дал понять, что хочет отомстить мне. Кто жаждет моей боли.
– Как ты? – произнесла я одновременно с тем, как он произнес: – Тебе надо прекратить мне названивать, Луна.
Наступил момент молчания, за который я пыталась переварить то, что он сказал. В этот раз в его голосе не было злости или угрозы.
– Что? – воскликнула я.
– Я действительно пытаюсь не сделать тебе больно, я борюсь с собой. Тебе надо отступить до того, как я сделаю что-то, о чем пожелею, – объяснил он.
– Кто сказал, что я могу оставить тебя? – на одном дыхании спросила я, даже не задумываясь над словами. – Думаешь, я не пыталась?
– Пытайся сильнее, Луна. Я знаю, что ты можешь, потому что в течение восьми лет ты делала это.
Три безответных поцелуя. Ты спала с кем-то. У тебя чертовски хорошо получалось, так что сделай это, хорошо?
Я вспомнила, как он сказал о моих чувствах как о металлической цепи. Тяжелый груз, от которого он хотел избавиться. Для меня всегда легко было выбрать Найта, просто потому что у меня не было других вариантов. Потому что Найт всегда выбирал меня. Но его выбор всегда сопровождался большими жертвами. Именно он вытаскивал меня из передряг, отгонял от меня хулиганов, убеждался, что мне всегда есть с кем посидеть на переменах.
Он был единственным, кто отказывался от возможности встречаться с самыми горячими девчонками.
– Лунный свет, – он прервал мои размышления, возвращая к реальности. – Оставь это. Ты разбудишь медведя.
– Ты не сказал ничего о том, что я разговариваю, – рассердилась я, чувствуя, как ярость разрывает горло.
Не знаю, почему мне так важно сказать об этом прямо сейчас. Я слышу улыбку в его голосе.
– Я всегда знал, что ты разговариваешь, и не только со мной. Со всеми. Я наблюдал, как ты выбираешься из скорлупы, медленно, но, господи боже, как это было красиво. Ты разговаривала с кем-то еще?
В его голосе звучала теплота, открытость к диалогу – Найт, к которому я привыкла, который смотрел на меня с восхищением и обожанием.
Я подумала над ответом, прежде чем дать ему его.
– Я работаю над этим. Это странно, быть без поддержки, но думаю, что мне нравится.
