Снова дорогие ткани и магически защищенная одежда, о стоимости которой я старалась не думать. Не в моих правилах считать чужие деньги.
— По какому случаю сбор? Неужели все так сильно хотят поработать?
И пусть голос звучал спокойно и доброжелательно, но я видела, насколько напряжены его плечи и как быстро взгляд мечется от одного действующего лица к другому. На меня он тоже посмотрел и задержался несколько дольше остальных.
— Господин Форест, какое счастье, что вы пришли! — прокричала госпожа Норген-Таундон.
— Неужели?
За его спиной стояло с десяток магов.
Очень сильных магов. Пару из них я вроде даже встречала на улице. Они вежливо здоровались и только. Имен я не знала, что неудивительно, ведь за три недели в форте просто физически не смогла бы запомнить всех жителей. Хоть он был не такой большой, как остальные, но в тридцать третьем форте, насколько мне известно, проживало более семи сотен жителей.
— Мы требуем справедливости!
— Справедливость — это хорошо, — спокойно отозвался господин Форест, подходя ближе и не сводя глаз с раскрасневшейся скандалистки.
— Я сам всегда настаиваю на справедливости. Только так уж вышло, что у каждого она своя.
— По какому такому праву эта целительница вмешивается в дела нашего форта? За что обижают бедных жителей? Разве это законно?
Бедные жители, которые еще пару минут назад стояли за спиной Присциллы, сейчас медленно отступали, пряча глаза и старательно делая вид, будто происходящее их совсем не касается и вообще они мимо проходили. Даже пухлый господин Катс сбежал.
Причем одним из первых. Бочком-бочком, но он скрылся и затерялся в толпе, предоставив госпоже Норген-Таундон самой со всем разбираться.
— В какие дела вмешивается госпожа Хоуп?
Меня Форест показательно игнорировал. Ну и ладно. Я все равно не готова была сейчас говорить. Ком в горле, скопленный из обид, разочарований и сомнений, становился все больше. Я уже ненавидела себя за то, что влезла во все это. Сидела бы в кабинете, заполняла карточки, давала бы всем настойку госпожи Уилбон и все.
С чего вдруг я решила, что смогу что-то улучшить? И с чего я решила, что это кому-то надо?
— Госпожа Хоуп обижает бедных жителей, лишает их законного имущества.
— Интересно, какое такое законное имущество может располагаться незаконно на землях форта? — усмехнулся Форест.
— Да, но…
Госпожа Норген-Таундон беспомощно осмотрелась и внезапно поняла, что осталась одна. Толпа за ее спиной испарилась, выпивоха Катс — тоже. Никто больше не стремился ее поддержать.
