Я уже новую коробку начала, а эту выкидывать собиралась.
— Спасибо.
— Еще что-то нужно? — спросила она.
— Нет, спасибо. Ты и так меня очень сильно выручила, — улыбнулась я.
— Тогда встретимся через полчаса.
Я вернулась в квартиру приводить себя в порядок."
"Через полчаса мы с Лимой встретились в коридоре. Она выглядела шикарно: укладка волосок к волоску, аккуратный макияж и алая помада. На ее изящной фигурке прекрасно смотрелся твидовый костюм пыльно-лилового цвета с узкой юбкой чуть ниже колен и коротким пиджаком, который дополняла легкая розовая блузка.
На руках короткие белые перчатки. К лацкану пиджака была приколота брошка в виде цветка. На ногах черные туфельки на высоких каблуках, а в руках крохотная сумочка из черной лакированной кожи.
— Готова? — улыбнулась Лима, бросив на меня короткий взгляд.
— Ага, — отозвалась я, оттягивая полы пиджака в стремлении хоть немного разгладить складки на нем.
Рядом с такой красавицей я чувствовала себя бедной родственницей. Отчасти так оно и было, поскольку у меня ничего не имелось, кроме небольшой суммы в кармане.
— У нас есть всего час перед работой, но думаю, мы все успеем.
Сегодня установилась гораздо более приятная погода. Яркое солнышко и безоблачное небо обещали хороший день. Ветра не было. Над головой с громким чириканьем летали птицы. На булыжной мостовой кое-где виднелись лужи, но они не портили общего впечатления.
Лавку Честеров мы заметили издалека. Еще бы, огромная вывеска ярко-желтого цвета с выведенной большими красными буквами надписью «Здесь есть все и только для вас!», мгновенно привлекала к себе внимание.
Правда, при ближайшем рассмотрении она оказалась потрескавшейся и немного облезлой, но ничего страшного.
— Помнишь, что я тебе говорила? — шепнула Лима, когда мы подошли ближе.
— Торговаться и еще раз торговаться.
— Именно, — произнесла она, вешая сумочку на изгиб локтя, и первая шагнула в магазин.
Ни за что не взялась бы оценить размер торгового зала, поскольку внутри было столько всего навалено — именно навалено, — что я даже растерялась.
На одной полке лежали бруски земляничного мыла, блестящие упаковки чулок и наборы ароматических свеч. На другой грудой валялись домашние тапочки, салфетки и фарфоровые статуэтки полуголых танцовщиц из Адуманских песков. У входа стояли два манекена, одетые в летние воздушные платья, сверху теплые куртки, шарфы, гетры и шапки, а в руках они держали декоративные сумочки и клатч.
