Тереза Олден работала в своей квартирке, расположенной на втором этаже в обычном здании за парком. Правда, ее жилище оказалось раза в два больше того, где поселили нас с Лимой, и состояло не из одной комнаты, которая выполняла функции и кухни, и гостиной, и спальни, и всего остального. Тут имелись отдельный коридор, отдельная кухня с гостиной и дверь, которая вела в небольшую спальню.
Тереза Олден приняла нас в гостиной, сплошь заваленной рулонами с тканями разных расцветок, текстур и составов. У небольшого окна стояло сразу три безголовых манекена.
На одном висел недошитый костюм оттенка «пыльная мята» с торчащими нитками. На втором — платье насыщенного бордового цвета, один рукав которого еще не был пришит, а второй утыкан булавками. Что висело на третьем манекене, я не поняла. Сначала думала, он просто занавешен тремя видами тканей оливкового цвета: глянцевой, с текстурой и набитым рисунком и матовой в едва заметную полоску. Но если присмотреться, становилось ясно, что их пытались уложить и придать форму, чтобы органично сочетать все три вида.
"
"На низком журнальном столике разместились три коробки с нитками и иголками, а на самом краю ютилась стопка с модными журналами из разных стран. Булавочницы, — я насчитала не менее семи штук, — стояли по всей гостиной. Коробка с лентами пристроилась в одном углу, рулоны с тканями — в другом. На одной из полок я даже заметила перья и пришивные стразы, а на подлокотнике одного из кресел лежало шесть не похожих друг на друга брошек.
Правила этим хаосом миниатюрная женщина лет тридцати пяти с русыми волосами, собранными в высокую гульку на макушке, и светло-серыми глазами, которые скрывались за огромными, на пол-лица, очками.
Одета она была в широкую юбку и длинный жилет, из-под которого виднелась белая трикотажная кофта с воротником-стойкой.
— Тереза Олден, — представилась она, подавая мне руку и окидывая цепким профессиональным взглядом.
— Миранда Х… Форест. Лучше просто Миранда, — улыбнулась я, испытывая неловкость из-за запинки с фамилией.
— Молодая жена господина Фореста, — подсказала Лима, которая, скинув туфли, уже прошла в гостиную.
— Да я уже догадалась, — продолжая изучать меня с разных сторон, отозвалась госпожа Олден. — Сложно не узнать женщину, о которой гудит весь форт. Проходите.
Я послушно разулась и прошагала в гостиную.
— Ей нужно сменить гардероб, — добавила подруга, присаживаясь на свободный от тканей краешек дивана. — Полностью.
— Это я поняла.
Я неловко поправила свой жилет.
