Еще меня так и подмывало сказать, что я не знаю деталей своей родословной, может, там, в толще веков, и затесался какой-нибудь китаец…
– А теперь, солнышко, наслаждайтесь покоем, – велел Сергей и, подозвав медсестричек, больше похожих на стриптизерш, скрылся за дверью.
Я осталась одна, проклиная себя за слабохарактерность. Следовало еще там, в зале, заявить, закатив глаза:
– Ах нет, у меня аллергия на глину оранжевого цвета. Но правильные мысли, как правило, посещают меня спустя сутки после произошедшего события.
И вот поэтому я лежу сейчас на кушетке, в душной комнате, с лицом, засыпанным битым кирпичом, да еще над головой жарит лампа. И не хочется мне становиться на десять лет моложе. Ну отчего я постоянно попадаю в такие идиотские ситуации?"
"Лицо жгло, к тому же нестерпимо зачесалась левая пятка, но сесть я побоялась. Стоит только поднять верхнюю часть тела, как осколки кирпичей ссыплются на пол. Наконец появился «врач», снял с меня маску, протер лицо ватой, смоченной в какой-то жидкости, добытой из другого, на этот раз желтого, флакона, и с восхищением воскликнул:
– Какой потрясающий эффект!
– Удивительно! – хором заголосили медсестры.
– Просто нет слов.
Я глянула в услужливо поданное зеркальце. Красные щеки пламенели пожаром, лоб и подбородок выглядели так, словно их обладательница, лишившись разума, провела весь день на палящем солнце. Нос поражал синеватой белизной, а на глаза словно надели очки. От бровей до скул простирались круглые бледные пятна.
Тяжело вздыхая, я поплелась в зал, где была встречена вспышками фотоаппаратов и восхищенными возгласами:
– Фантастика! Просто невероятно! Сногсшибательный эффект! Удивительная перемена!
Глядя на людей, говоривших комплименты с самым честным видом, я испугалась. Что же было раньше с моей физиономией, если теперь, по их мнению, я восхитительно выгляжу?
Слава богу, Костик затеял какую-то очередную дурацкую игру, и народ бросился в другой конец харчевни. Я проскользнула в туалет и умылась.
Может, от холодной воды щеки приобретут нормальный цвет. Но воспаленная красота не проходила. Я выползла в холл и увидела Сергея. Кирпичетерапевт, не замечая меня, вытащил из кармана какую-то упаковку, выщелкнул из нее таблетку и, поморщившись, проглотил. Потом швырнул пустую пачку в угол и ушел. Я подошла и глянула на розово-серую фольгу. «Седалгиннео». Очевидно, у Сергея от шума и духоты заболела голова. Мне стало смешно.
