– Сколько ты с ним уже встречаешься?
– Полтора месяца.
– Вот! – взвыла Наталья. – И за это время ни одного поцелуя! Ни намека!
– И что делать?"
"– Надо его проверить!
– Как?
– Не знаю. Я бы сориентировалась, а ты все только испортишь. Хочешь, я попробую его соблазнить?
– Нет! – решительно отмела ее предложение Галочка.
– Но я же не всерьез, а понарошку!
– Соблазнить понарошку – это как?
– Ну, примерно как подарить белье и вести себя после этого так, словно это был не эротический комплект, а садовая лопата!
– Может, он стесняется.
– Это ты стесняешься, а он уже явно что-то скрывает. Мужики в наше время так себя не ведут. Хотя, конечно, и престарелых девственниц сейчас еще поискать. – Скачкова бушевала, изнемогая от невозможности найти удобоваримый выход. – Ну, я не знаю! Может, сама попробуешь его поцеловать?
– Это неприлично!
– Ты меня раздражаешь! Неприлично изображать пионеров на третьем десятке! Что ему от тебя надо, если он даже не целуется?
– Кроме физиологической любви бывает еще платоническая, – просветила ее Галочка.
– Угу. Это только с большого горя и по необходимости. А так все люди любят по-нормальному, без дури. Меня ваши высокие отношения уже пугают. Брось ты его от греха подальше.
– Не могу. Он мне предложение сделал.
Судя по воцарившейся на том конце провода тишине, Наталья перестала даже дышать.
– И я согласилась, – поведала не дождавшаяся реакции Галочка.
– Обалдеть! – воскликнула Наталья.
– Ты издеваешься? С этого надо было начинать!
– Да как-то все не очень, – робко поделилась Галя, не зная, как подступиться к своей проблеме. Информация рвалась из нее, как пар из кипящего чайника. Она уже забыла про первоначальное решение ничего никому не сообщать. Казалось, что если поделиться сомнениями, то они исчезнут.
– Понимаешь, как-то все некрасиво получилось…
Галя рассказывала долго и путано, перемежая повествование своими впечатлениями.
– Ты давай без лирических отступлений, – не выдержала Наташка. – Твои психологические экскурсы меня не волнуют. В чем неприятность-то?
– Так вот в этом и есть! Ни цветов, ни кольца. Даже не поцеловал!
– Ой, как с тобой тяжело-то! Когда тебя раньше целовали, ты вопила про безнравственность и половую распущенность!
– Ты же сама только что говорила, что это ненормально, – прошептала потрясенная ее напором Галина.
