Мы обсуждали это с Антоном, ему тяжело в последний год с тобой… Я понимаю причину и искренне жалею тебя, но не позволяй депрессии разрушить твою семью."
"— Нет больше семьи, — еле слышно отвечаю, после ее слов ощущая себя чуть ли не сумасшедшей. — И не было никогда. Просто поняла я это слишком поздно. Антон не принял Риту с момента ее рождения и по сей день, — повышаю голос. — А мне не нужен муж, который отвергает моего ребенка! Еще и на меня руку поднял!
— Ты преувеличиваешь, — спорит мама. — Антоша заботится о Рите.
И семья у вас хорошая. Ты не знаешь, какие мужья бывают! — приближается, по щеке моей ласково проводит тыльной стороной ладони. Мимолетом синяка касается, и я вспыхиваю от злости. — Дай ему шанс исправиться.
— Ты папе такого шанса не дала. А ведь он тебя не бил, не унижал, — выпаливаю и тут же губы сжимаю, потому что развод родителей — больная тема.
— Не физически, — ожесточается мама мгновенно.
Сажусь на кровать вместе с дочкой, отпускаю ее ползать по покрывалу, но слежу, чтобы на пол не сорвалась.
— Меня папа любит до сих пор, заботится, хоть и не живет с нами, — добиваю ее фактами. Словно желая отомстить за то, что она на стороне Антона.
— Есть то, чего я не могу простить, — шипит, словно змея.
Поднимаю взгляд на маму, замечаю злость и горечь, что плещутся в ее глазах, соединяясь во взрывоопасную смесь. Которая затягивает меня в прошлое.
Родители развелись, когда я поступила в универ. Для меня это стало неожиданностью. Но причину никто из них мне так и не сказал.
«Не сошлись характерами», — так объяснила мама, а папа просто промолчал. Почти двадцать лет семейной жизни были перечеркнуты в один день.
— Ты права, мама, и у меня тоже есть такой список. В нем — рукоприкладство и игнорирование ребенка. Я не могу этого простить Антону, — твердо чеканю, а сама на автомате хватаю Ритку за кофточку и тяну на себя, дальше от края кровати. — Так что я сделала свой выбор!
— Не пожалей о нем, — цедит мама.
— Потому что ты пожалела? — озвучиваю то, в чем она самой себе боится признаться.
И, судя по ее реакции, попадаю в цель. — С Антоном совершенно другая ситуация, мам. В отличие от отца, он никогда не был поддержкой ни для меня, ни для дочки. Наоборот, может быть опасен для Ритки, потому что на дух ее не переносит. В ярость впадает, если она кричит, — передергиваю плечами, вспоминая, как на балконе малую укачивала, когда она мучилась коликами. — Нет, мам. Все кончено.
— Завтра поговорим, на свежую голову, — не унимается.
