– Ваще, блин, – вплелся в хор раздраженный баритон, – сколько ждать-то можно!
Дверь распахнулась, на меня пахнуло дорогим одеколоном и чем-то непонятным, сладким, конфетным. В просторной прихожей высился огромный парень. Смуглое, хорошо накачанное тело обтягивала футболка с портретом Масяни. Самая популярная Интернет-героиня России улыбалась во весь рот. Через всю майку шла надпись «Massianja». Вот уж глупость давать это имя в латинской транскрипции, иностранцам скорей всего неизвестно, кто такая Масяня.
И вообще, имена собственные, перетолкованные на чужой язык, подчас выглядят совершенно дико.
Не так давно Кирюшке задали перевести дома текст из немецкой газеты «Цайт». Я ничем не могла ему помочь, потому что не обучена иностранным языкам. Все попытки мамочки впихнуть в дочь по очереди английский, французский, немецкий и испанский закончились ее сокрушительным поражением. В моей памяти остались лишь обрывки каких-то фраз типа «Ихь бин голодная» и «Не могу дормир в темноте»[6]. Поэтому толку от меня при выполнении заданий по немешу чистый ноль.
Несчастный Кирюша почти два часа пропыхтел за письменным столом, потом вышел на кухню, швырнул словарь и взмолился:
– Лампудель, помоги!
– Рада бы, но ведь ничегошеньки не пойму.
– Все слова перевел, а одно никак не найду. Наверное, глаз замылился. Погляди сама, а?
– Ну давай, – согласилась я, – показывай слово.
Палец, украшенный темно-синими пятнами, ткнул в строчку. «Yeltzin». Я принялась листать словарь, на «Y» такого слова не нашлось, на «U» и «J» тоже.
На всякий случай я повторила процедуру поиска, но с тем же успехом.
– Поставит мне Нелька завтра «два», – горестно вздохнул мальчик.
– За одно слово? – возмутилась я. – Это же несправедливо."
"– Нелька говорит, что в домашнем переводе, который готовится в спокойной обстановке, со словарем, не должно появиться ни одной, даже крохотной ошибочки, – с самым разнесчастным видом сообщил Кирюша.
– Погоди горевать, – я решила приободрить его, – неси сюда весь переведенный текст, может, мы догадаемся.
– Всю голову сломал, – пожаловался Кирюшка, – это явно одушевленное существо, но не животное.
– Да? Человек?
– Человек по-немецки «Mensch», а это не пойми кто!
– С чего ты решил, будто речь идет о человеке? Вдруг оно как раз животное? Ты уверен, что все виды упоминаются в данном словаре?
– Лампа, – обозлился Кирюшка, – ты текст внимательно читала?
– Нет, даже не проглядела, – призналась я.
