– Раз уж вы проснулись, придется ответить на пару вопросов!
– С какой стати? – обозлилась Аллочка.
Я вытащила фото.
– Ваше?
У девицы забегали пронырливые глазки.
– Ну… нет…
Я начала сердиться.
– Уверены?
– Ага.
– Вы ведь увлекаетесь фотографией.
– И чего?
– Знали Леру Кислову?
– С ней многие знакомы были, – Аллочка постаралась изобразить полнейшее равнодушие, – и в театральном институте, и в нашей академии, может, еще где. Чего ко мне опять заявились?
– Снимок…
– Его любой сделать мог, – быстро отбила меч девица, – на обороте разве печать стоит? Работа Свириденко? Нет ведь! Идите восвояси, спать хочу.
Я вытащила паспорт, раскрыла его и резко спросила:
– Ваш?
Аллочка покраснела.
– Ну…
– Так ваш или нет?
– Мой.
– И где вы его потеряли?
– Кретинский вопрос! – взвилась хитрюга. – Если б знала, пошла бы и забрала.
Я без приглашения вошла в прихожую, повесила куртку на вешалку и спокойно спросила:
– Знаешь, что бывает за лжесвидетельство?
– Нет, – растерянно шмыгнула сопливым носом Алла.
– Суд и срок.
– Врете.
– По статье за лжесвидетельство привлекают редко, – продолжала я, – но постараюсь, чтобы ты получила по полной программе, сполна. Вранье должно быть наказано!
– Эй, эй, – воскликнула Алла, – вы что делаете?
– Звоню на Петровку, 38, – каменным голосом ответила я, – вызываю автобус, чтобы отвезти тебя в СИЗО. Не хочешь по-хорошему, придется применять жесткие меры. Впрочем, ты мне понравилась, поэтому даю тебе совет: не ври следователю, это глупо.
Твой паспорт нашли у лотка, где торгуют овощами молдаванки, девушек допросили. Одна из них, по имени Танька, мигом вспомнила, что к торговой точке не так давно подходила девушка, показывала фото и спрашивала про Леру…
Из глаз Аллы потекли слезы.
– Ой, не вызывайте машину.
Я сунула мобильный в карман и притворно вздохнула:
– Вечно меня жалость губит. Ладно, дам тебе последний шанс.
– Пойдемте на кухню, – залебезила хозяйка, – хотите кофе? Я дорогой купила, лучший из растворимых.
– Не пью суррогаты и тебе не советую, лучше уж купить натуральные зерна. И пришла я сюда не для того, чтобы наслаждаться арабикой, впрочем, я люблю только капуччино, тебе его не сварить. И вообще, хватит зубы заговаривать, лучше быстро рассказывай: как было дело?
– Давайте хоть сядем, – взмолилась Алла, – не у двери же болтать!
– Хорошо, – кивнула я, и мы прошли в большую комнату, служившую хозяевам гостиной, столовой и кухней одновременно.
